Еще раз убедившись, что на него никто не смотрит, Юань молниеносно проник в ларь и осторожно закрыл за собой крышку.
Теперь ему оставалось только ждать.
Ждать пришлось довольно долго, прежде, чем погонщик прикрикнул на мулов. Телегу дернуло, и она двинулась в неизвестность.
Какое-то время ее трясло на узких, мощеных улочках города. Потом, повинуясь гортанному крику погонщика, она резко остановилась.
Юань осторожно приподнял крышку. Сквозь узкую щель он хорошо видел, как старший из погонщиков отправился в дом. Остальные выпрягли мулов, и повели их к водопойной колоде.
Юань напрягся, выжидая удобный момент.
Погонщики мулов должны были быть немало изумлены тем, что мимо них проследовал человек, которого только что на улице не было.
Впрочем, как истинные дети Востока они не выказали ни малейшего удивления, и лица их оставались бесстрастны: если так произошло, значит, так должно было произойти.
Юань завернул за угол дома с видом человека, каждый день, по нескольку раз проходившего в этих местах.
Найти небольшой рынок не составляло особого труда. Он уже заканчивал свою работу, и продавцы собирали разложенные на циновках товары. Остро пахло пряностями и разогретыми на солнце фруктами.
Низко опустив на лицо большой тканый платок, Юань сел на землю, прислонился к стене какого-то дома, и остался недвижим. На него никто не обращал внимания.
Несколько быстрых взглядов из-под платка, и отдельные фразы толпящихся вокруг него людей, позволили ему разобраться в обстановке.
Дом, у стены которого он сидел, и был домом работорговца Курбана.
Небольшой рынок постепенно опустел. Жара спала, и день, вслед за короткими сумерками, быстро сменила темная южная ночь.
Юань встал и осмотрелся. Стена, за которой могла находиться Ли-цин, не была высокой.
Приподнявшись на руках, Юань осторожно вглядывался в темноту двора. Его чуткие ноздри уловили слабый запах псины. Вслед за тем послышалось глухое ворчание.
«Собаки. Плохо дело!» - Подумал он и, подзывая давно ушедшего в мир иной тигра, тихо прошептал:
- Гуй! Помоги! Иди ко мне.
Через несколько мгновений Юань увидел, как три серые тени с поджатыми от смертельного страха хвостами метнулись куда-то вглубь двора. Невидимый призрак грозного зверя был рядом с ним.
- Спасибо, Гуй! Не уходи. Ты мне нужен.
Быстрым движением Юань преодолел стену, и очутился во дворе. Осмотревшись, заметил в глубине приземистое длинное строение.
Скорее всего, рабов содержали именно в нем.
Двигаясь медленно и бесшумно, он подошел к прочной двери на железном засове. Отодвинул засов и шагнул внутрь. Его обдало спёртым воздухом, и запахом давно немытых тел.
Из темноты на него глядели несколько пар человеческих глаз.
- Ли-цин! – Тихо спросил он. – Ты здесь?
Ответа не последовало.
- Ли-цин! – Повторил он. – Отзовись.
- Если ты ищешь девушку, которую привезли сегодня днем, то ее заперли в доме управляющего. Он справа от выхода, в глубине двора. – Произнес голос из темноты.
- Ты хань-жэнь? – Спросил Юань.
- Да. Я был им когда-то. Ныне я – раб. Уже десятый год.
- Подойди сюда.
Говоривший оказался невысоким изможденным человеком, лет сорока.
- Как твое имя?
- На родине меня звали Ци-бао. Таких, как я, в крепости еще четырнадцать человек. Мы все просим Небо помочь полководцу Ли Гуан-ли разгромить даюаньцев.
- Подскажи мне, как лучше выбраться из крепости?
Раб покачал головой.
- Только через городские ворота. А их запирают на ночь.
- Можно ли здесь достать веревки?
- Сколько угодно. Они лежат под навесом, на заднем дворе усадьбы.
- Ты мне поможешь?
- Да, господин.
Выходя наружу, Юань оглянулся и бросил в темноту:
- Я не запираю двери.
У дома управляющего Юань остановился.
- Принеси сюда веревку. Ровно столько, чтобы хватило для спуска двоих человек с крепостной стены. И жди меня здесь, у входа.
Повернувшись, Юань шагнул в дверной проем. Он не представлял себе внутреннего устройства, и расположения комнат давюньского жилища, и действовал наугад.
Наделенный острым зрением, и почти нечеловеческим умением видеть в темноте Юань бесшумно продвигался из комнаты в комнату.
В одном из помещений спал человек.
«Слуга, по-видимому,…хотя, непохоже – убранство довольно дорогое. И эти колонны…»
Юань повернул голову и на мгновение застыл: между колоннами стоял человек. В следующее мгновение он сообразил, что это – раскрашенное деревянное изваяние.