Юань взял его за руку.
- Успокойся, Фарид. Если ты и был виноват, то уже искупил свою вину.
- Мне больно, брат…. Вот здесь все горит….
Юань положил руку на шею умирающего, ощутив под пальцами слабеющий ритм сонной артерии.
- Сейчас все пройдет. – Тихо сказал он. - Усни, брат. И…. прощай!
Фарид захрипел в последний раз и вытянулся.
Юань закрыл ему, как-то сразу потерявшие свой яркий цвет глаза, прочитал молитву, и поднялся с колен.
Глядя в лицо усопшего, он вдруг понял, что последние слова Фарида неслучайны. Лукавый странник был заворожен пленительной красотой Ли-цин, и пошел с ними только из-за нее.
Саднило руку. Шальная стрела все-таки зацепила Юаня выше локтя, сзади. Повреждение показалось ему незначительным, и он занялся ранеными.
Погибших отнесли в сторону для того, чтобы утром предать их земле. Вместе с Фаридом их тоже было восемь, как и в посольском отряде Ли.
Юаню никто ничего не сказал, но все смотрели на него со странным выражением в глазах.
Утром, после того, как погибших похоронили, Юань подошел к хозяину.
Аршак, толковавший о чем-то с охраной обоза, встретил его широкой улыбкой.
- Ты ждешь награды, раб? Ты получишь больше, чем ожидал: я сделаю тебя начальником стражи и всех рабов в моем доме! – Торжественно сказал он.
Юань отрицательно покачал головой.
- Ты не понял, Аршак! Я ухожу.
До купца не сразу дошел смысл его слов.
- Ухожу…. - Повторил он. – Куда уходишь?
- У меня свой путь. И я должен его пройти.
- Но я…. Я заплатил за тебя деньги!
Юань усмехнулся.
- Ты не понял, Аршак. – Повторил он. – Где бы ты был вчера вечером, если бы боги не послали тебе в помощь меня? Сейчас Небо зовёт меня в другое место. И там я нужнее, чем в твоем доме.
Стражники напряженно вслушивались в разговор хозяина с этим странным рабом, проявившим вчера такое воинское искусство, которое им и не снилось.
В их ограниченном мозгу тяжело ворочались две противоречащие друг другу мысли: преклонение перед этим великим бойцом, и инстинкт цепной собаки, увидавшей, что тот, кого им поручили стеречь, хочет уйти.
Впрочем, если бы хозяин приказал им взять Юаня в цепи, то вряд ли бы кто-нибудь из них осмелился поднять на него руку.
По-видимому, эта же самая мысль посетила и Аршака.
Он был купцом, но не был неблагодарным человеком.
Поднявшись с места, он подошел к своей повозке, открыл красивый, резной сундук, и достал из него увесистый мешок с монетами. Потом вернулся к Юаню.
- Возьми! Здесь серебро. – Протянул он мешок. – И не поминай меня лихом.
- Этого слишком много. – Сказал Юань, прикинув вес мешка на своей руке. – Я возьму третью часть. И дай мне лошадь, которую тебе не жалко.
- Забирай любую. – Ответил Аршак. – И пусть боги хранят тебя!
Некоторое время стражники, рабы и их хозяин молча провожали взглядом Юаня, удаляющегося на Запад.
Этот диковинный раб, отказавшийся от должности начальника стражи и большей части серебряных монет, так навсегда и останется для них загадкой.
- Я думаю, это не человек. – Сказал один из воинов другому. – Ты видел его лицо? В наших краях нет таких людей. Да, и в чужих, я думаю, их тоже не сыщешь.
- Говорят, пустыня рождает призраки…. – Ответил его товарищ. - Цвет его кожи схож с цветом песка.
Юань торопился. По его расчетам, он и Ли-цин должны были прийти в Гекатомпил раньше посольского отряда. Только бы с девушкой ничего не случилось!
Аршак не обманул, и отдал ему лучшего коня. Дорога не была сложной, и Юань двигался быстро. Немного беспокоила раненая рука, но он надеялся, что это пройдет.
К вечеру, однако, боль в руке стала невыносимой. Она распухла и сильно покраснела.
Юань спешился, стреножил коня, и попробовал найти какую-нибудь из известных ему трав. Увы, местная, и довольно скудная флора, была ему незнакома.
Тогда он сел на землю, сосредоточился и попытался отрегулировать нарушенные в его теле потоки «инь» и «янь». По-видимому, он взялся за это поздно. Сильно болела и кружилась голова. Горло пересохло, и во всем теле ощущался жар.
Такой страшной схватки в его жизни еще не было. Из тумана забытья наплывали ужасающие видения. Невиданные твари опутывали его липкими щупальцами и душили. Он сбрасывал их, отрывал щупальца, непрерывно читал молитвы и заклинания, мысленно посылал в эти жуткие, неправдоподобные существа огненные стрелы. Они визжали, съеживались, сгорали, но на их месте появлялись десятки других.
В конце концов, они одержали над ним верх. Юань мягко опустился на бок и потерял сознание.