Выбрать главу

Не уверен, что понимаю

Ту роль, что мне дали…

 

Я всего лишь хочу почувствовать настоящую любовь,

Почувствовать дом, в котором я живу.

Потому, что во мне слишком много жизни,

Бегущей по венам,

Которая будет растрачена понапрасну.

 

Robbie Williams — «Feel»

 

 

     

      Вечер необратимо вступал в свои законные права, и Даша стала ежиться от холода.

      — Погнали? — кивнул в сторону мотоцикла Дима, кинув огарок от сигареты в обрыв, и девушка, молча кивнув, направилась к «Харлею» вслед за мужчиной.

      — Давно ты знаешь это место? — поинтересовалась она, принимая из рук байкера мотошлем.

      — Более чем. Иногда, если не пропадал с Моцартом…

      «Или в борделях».

      - … приезжал сюда, прячась от предков. Особенно когда они приезжали с заработков и пытались строить из себя заботливых родителей.

      В голосе Димы слышалось презрение, черты его лица посуровели, а глаза устремились в пропасть.

      — А они… Они приехали на Новый год? — осторожно поинтересовалась Даша, внимательно следя за реакцией друга.

      — Собирались, но их нет. Не знаю, Анька контачит с ними по вайберу каждый вечер. Раньше пыталась и меня в втащить в эти сопливые «семейные посиделки», — последнюю фразу байкер буквально выплюнул, — но я сразу сказал, что пас. Мне неинтересна их жизнь и будут ли они еще участвовать в нашей.

      — Но они же присылают какие-то деньги… — неуверенно проговорила Даша, чувствуя, что ходит по лезвию ножа, разговаривая с другом на эту тему.

      — Еще бы они не присылали, — ядовито фыркнул Дима. — Им же нужен какой-то аргумент, что они о нас заботятся. — И тише добавил: — Хотя я и сам мог бы содержать Аню, пока она не выучится.

      Переведя взгляд на Дашу, мужчина заметила на ее лице сомнение по поводу первой фразы.

      — Что, не согласна со мной? — кривовато усмехнулся он и, забрав у девушки мотошлем, сел перед ней на край сидения «Харлея».

      Даша скрестила на груди руки, будто отгораживаясь — этот ее жест никогда не нравился Диме, она словно пряталась от него. До недавнего времени она была с ним открыта, а теперь, после того, что произошло в «Анаконде», их отношения будто отскочили на три месяца назад, когда Даша постоянно прятала красивые глаза и тушевалась этого громилы в черном, который иногда угадывал ее мысли и смотрел как-то странно…

      — Тебе лучше знать, Деймон, — неопределенно пожала плечами девушка. — У меня с отцом тоже отношения не больно теплые и общаемся мы нечасто… Но он давно ушел, и я отпустила его.

      — Жаль, мой не ушел… — с сожалением протянул байкер, вновь переведя взгляд на девушку перед собой, которая резко опустила руки и глубоко вздохнула, всем своим видом показывая, что больше не желает разговаривать на эту тему.

      — Ну так забьем на них, — с необыкновенным энтузиазмом улыбнулась Даша и слегка пихнула мужчину ребром кулачка в живот.

      «Вот это моя девочка!» — просиял Дима и с оживленной улыбкой стукнул девушку по носу костяшкой пальца.

      — Забирайся, дружок, хорош мерзнуть.

      — Поедем на елку? — с легкой иронией спросила Даша, закрепляя на шее мотошлем.

      — Ага, хоровод водить будем, — съязвил в ответ байкер и в тоже время снова извращенно наслаждался тем, как девушка, усевшись сзади, обвила его пояс тонкими ручками. — Поедем ко мне, — безоговорочно произнес Дима и завел мотор, который звериным рыком тут же разнесся по окружающему лесу.

      — На что это вы намекаете, молодой человек? — деловито осведомилась Даша насмешливым тоном.

      — С каких пор тебя смущает фраза «поедем ко мне»? — осклабился байкер, обернувшись на девушку. — Я когда-нибудь имел в виду: поедем ко мне, я тебя трахну»?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

      — Фу-у, еще чего не хватало! — протянула Даша и заливисто рассмеялась. — Я просто пошутила, пошляк!

      — А мне, значит, шутить нельзя? — не мог сдержать улыбки мужчина. — Хохотушка. Дарс, новогодняя ночь давно закончилась, пора уже отойти от бодуна.

      — Вот я тебя сейчас стукну! — с деланной обидой возмутилась девушка, отчего Дима захохотал в голос, согнувшись над рулем своего крузера. — Чья бы корова мычала!