«С тех пор как просыпаюсь в твоей спальне на кресле и в полной экипировке. Ничего не было…» — Почему-то от осознания этого стало легче на душе. — «Если Дарс подумала наоборот, понятно, почему не отвечает», — вздохнул про себя мужчина, с другой стороны ликуя оттого, что повода для ревности Даши нет. Внутри заерзал самодовольный червячок: — А она ревнует. О да, детка, она меня ревнует — как пить дать!»
Подскочив с дивана, байкер набрал заветный номер и начал считать гудки.
«Ответь, детка, ответь мне… Черт, да ответь же!»
— Да, Деймон. — Голос Даши был безжизненным и тихим, но несмотря на это, его звук заставил сердце молодого человека биться чаще.
«Я уже здоровался в переписке».
— Ты не ответила на сообщение, — мягко надавил байкер. Девушка не ответила, до мужчины донесся лишь глубокий вздох.
— Давай встретимся, я заеду за тобой, — выпалил Дима, не намеренный слышать отказа.
— Да, давай.
«Хорошая девочка».
— Хочу вернуть твой браслет.
— Ч… что?! Так, во-первых, не мой браслет, а твой, во-вторых… Черт, Дарс, что стряслось ночью? Я видел, что звонил тебе, но… Объясни. Пожалуйста.
— Ты ничего не помнишь, да? Ну… В двух словах, кхем… ты выплеснул мне всю свою пьяную нежность, лежа на кровати любовницы. — В голосе Даши чувствовалась горечь и… обида? — Знаешь, даже от тебя я такого не ожидала, Деймон.
Челюсть мужчины моментально потяжелела и отвисла.
— И что же я тебе выплеснул?
— Боги, ты меня слышишь? — Горечь девушки приправилась гневом. — Тебя только это интересует, а то что ты спал прошлой ночью с Лизой — нет?! Это твое дело, но меня-то зачем унижать? Что я тебе сделала, черт тебя побери!
— Дружок, у нас с ней ничего не было, — в противоположность отчаянным восклицаниям Даши, спокойно проговорил байкер. — Я просто забрел к Лис по…
«Черт… Ну раз начал — заканчивай».
— … По привычке. Чтобы где-то свалиться. Можешь спросить у нее, если не веришь.
«Придурок — будет она обращаться к Лис, как же!»
На том конце провода повисло задумчивое молчание. Дима поспешил для пущей убедительности обосновать:
— Дружок, я ведь всегда честен с тобой, помнишь? Ты уехала с этой чокнутой, и я… Остался один.
— Ее зовут Лера, — тут же поправила девушка, — она, может, и с приветом, но хорошая, просто всегда говорит, что думает, как впрочем и ты. И почему один — дом был полон народу.
«Какой к чертям народ? Поздравил Калленбергов, малость подурачился с мелким и потом снова ощутил, что жизнь — дерьмо без тебя, детка. Давно я так отчаянно не надирался…»
— Дарс, если бы я постоянно говорил то, что думаю, ты бы давно убежала.
В телефоне послышался тихий смешок.
— Так расскажешь, что я тебе вылил прошлой ночью? — заметно приободрился Дима и, сунув свободную ладонь в карман черных джинсов, медленно прошел к огромному окну, что вело в уснувший на зиму цветочно-фруктовый садик. — Или хочешь при встрече?
— Нет! — спохватилась Даша. — Не при встрече. Деймон, мало ли что ты мне плел по пьяни, это неважно.
— Тогда заставлю рассказать мне это в лицо, — хищно улыбнулся мужчина, счастливый оттого, что разгладил глупое между ними недоразумение.
— Пф-ф, да ничего… Ничего особенного.
«Тушуется и лукавит — даже по голосу ясно».
— «Прекрасна», «смысл моей жизни», — девушка прыснула, — «охренительные ноги»…
Дима расплылся в пошлой и глуповатой улыбке.
«Да, ножки у Дарси что надо. Заценил, еще когда первый и единственный раз ночевала у меня».
— И что я ужасно целуюсь, — с робким весельем продолжала Даша.
Тут байкер не сдержался и захохотал в голос, прикрыв глаза ладонью.
— Волков, я и забыла, что ты смеяться умеешь! — послышался со спины насмешливый голос Лизы.
Дима порывисто обернулся.
— Мать, ты нарочно голосишь, когда я с телефоном в руках?
Блондинка подошла к байкеру вплотную и нарочито громко протрубила в его смартфон:
— Беги от него, пока не поздно, а то станешь как я! Аха-ха-ха!
Вытолкав Лизу взашей, сопроводив шлепком по заднице, Дима вновь схватился за телефон.
— Алло, Дарс! Это не то, о чем ты думаешь.