— Почему, Деймон?
— Потому что опять кулаки чешутся ему морду подправить, — процедил сквозь зубы Дима, повернувшись к девушке спиной.
— Ты ревнуешь меня? — полным недоумения голосом промолвила девушка, свесив с кровати ноги.
Байкер, как ошпаренный, повернулся к ней лицом, искаженным саркастической усмешкой.
— Ошиблась станцией, девочка. Я еще тебя и к Дрю не ревновал. Говорил уже, что именно меня бесит, — презрительно произнес Дима и поспешил удалиться из комнаты.
Даша осталась наедине со своими запутанными мыслями, переваривая противоречивое поведение друга. Ей совсем не хотелось, чтобы байкер привязывался к ней как к женщине. Хоть он и делал ей глазки и непринужденные намеки в последнее время, но они не представляли собой ничего серьезного, по крайней мере Дима преподносил их такими.
Даша опасалась, что их совместный вечер загублен, и концерт «Луны» омрачится их странной размолвкой. Но этот патлатый чудак вернулся в комнату через десять минут и с приподнятым настроением хлопнул в ладоши, объявив начало сборов.
Девушка облегченно вздохнула и с удовольствием поддержала энтузиазм Димы. Тот в считанные секунды упаковался в джинсы и черный батник с до смешного пошлым принтом «Casual Sex» [англ. «Случайный секс»], но летавшая в облаках Даша обратила на это внимание только перед концертом, когда байкер расстегнул на себе кожаную куртку.
Эмоций по этому поводу оказалось больше, чем рассчитывал Дима, но ему все же удалось убедить девушку, что он надел «первое, что под руку попалось». Так или иначе, Даша начала чувствовать себя рядом с ним глупо. Но еще более смешным оказался факт, что на спине девушки красовалась надпись «Don't Give a Thing» [англ. «Не давать ничего»], на что байкер иронично обратил внимание гитаристки. У обоих это вызвало заливистый смех, и ребята поспешили запечатлеть это «для потомков», сделав общее фото, где Даша опирается на Димино плечо, стоя спиной к объективу. Тот же незаметно скрестил на груди руки с выставленными средними пальцами. Увидев фото, девушка дала другу подзатыльник, но не преминула заметить, что он круто смотрится с новой банданой.
Сказать, что Дарью поразила Москва, — значит ничего не сказать. Пускай она и была здесь не раз, но размеренная жизнь маленького уютного города заставляла каждый раз отвыкать от всего этого движения, ярких ночных огней и огромного скопления люда со всей страны и всего мира. Проезжая верхом на «Харлее» за спиной Димы по широким столичным улицам, Даша вертела головой на сто восемьдесят градусов, желая поглотить взглядом как можно больше достопримечательностей.
Байкер снисходительно улыбался, поглядывая в зеркале заднего вида на озирающуюся по сторонам девушку. В правом ухе у него торчал Дашин беспроводной наушник с музыкой — она переживала, что Диме будет скучно в дороге, и врубила ему музыку по спецзаказу — чисто олдскульный рок и метал, ибо групп, играющих горячо любимый байкером дэткор, в плейлисте девушки просто не было. Даже «олдов» оказалось не много, но на полуторачасовую дорогу до Adrenaline Stadium, где собирался концерт, хватило.
Казалось, целую вечность Даша ожидала своей очереди на автограф от участников рок-группы.
«Удивительно, как это я умудрилась не забыть диск с их последним альбомом. Если сама Лу здесь распишется, я поставлю диск в комнате на самое видное место, буду молиться на него и хвастаться внукам».
Дима не изъявил порыва во что бы то ни стало приобрести автограф ребят из «Луны», но Даша видела, что от них он в тихом восторге и выжидал очередь вместе с подругой, чтобы просто от души пожать руки участникам группы, в том числе солистке Лусинэ. Хотя сам байкер объяснил свою компанию тем, что не хочет потерять девушку из виду, припугнув, мол иначе после концерта она будет иметь честь ночевать на Московском вокзале.
"Еще бы он не пошел со мной - заплатил же за встречу!"
Казалось, послушать «Луну» собралось пол-Москвы. Даша держалась поближе к байкеру, ухватив его под руку, чтобы ее не снесло волной народа. Огромнейший зал заполонила толпа поклонников хардкора, с замиранием сердца ожидавшая выход на сцену популярнейшей рок-группы на российской тяжелой сцене.
Только забили первые барабаны, как все помещение заполнил крик и визг, но слух Дарьи уже приспособился к оглушающему гулу. Когда на сцене зажегся призрачный свет, голубым сиянием объявший одиноко отбивающего вступительный ритм ударника, девушка затаила дыхание и во все глаза уставилась на сцену в ожидании остальных. Даша едва расслышала над ухом голос Димы, старавшегося перекричать сумрачный хаос: