Lord of the Lost — «Black Halo»
Повернув за угол, байкер, не колеблясь, отворил дверь в женскую комнату и бесцеремонно шагнул внутрь. Вполне опрятное помещение для дамского туалета и справления естественных нужд представляло собой выстланные желтой плиткой пол и стены и состояло из четырех кабинок с высокими дверцами и двух раковин с большим зеркалом над ними. На стене при выходе расположилась автоматическая сушилка для рук.
Очереди не было. Дима наткнулся лишь на полную брюнетку с пирсингом в крупном армянском носу.
— Сартир попутал? — грубо окликнула его девица, направляясь к выходу, но парень, убедившись, что это не та, кто ему нужна, мысленно отключился от ее замечаний.
Когда брюнетка закрыла за собой дверь, в туалете повисла пустая тишина. Подперев спиной покрытую плиткой стену, Дима с полминуты не проронил ни слова, прислушиваясь к едва заметному шуршанию со стороны кабинок.
— Дарси? — негромко позвал он.
Приглушенная возня утихла, внимательно затаившись.
— Дарс, выходи. Мне совсем не в кайф тут торчать, слышишь? Вылезай, пока меня не вытолкала разъяренная толпа феминисток.
— Захочу — выйду, — уперто проговорил голос из-за одной из дверц. Звучал он сдавленно, хоть и пытался казаться твердым.
Несколько секунд Дима стоял в мрачной задумчивости.
— Сказала бы, что уходишь пореветь, я бы тебя не пустил.
— Кто ты такой, чтобы меня не пускать куда-то? — Нотка обиды и отчаяния.
В уборную зашла женщина лет сорока с чрезмерно нарумяненными скулами и мелированными волосами. Косо глянув на байкера, она молча прошла в свободную кабинку.
— Дарс, давай поговорим, — глубоко вздохнул парень, нервно потирая костяшкой пальца ямочку на подбородке.
— Я не буду сидеть тут всю ночь, — негромко отозвалась Даша. — Подожди за дверью.
Недолго думая, байкер отлепился от стены и закрыл за собой дверь. Идти обратно за столик не хотелось. Дима присел на корточки и снова оперся о крашеную горчичной краской стену. Запрокинув голову, он закрыл глаза и погрузился в свои путаные мысли. Через минуту он закурил.
Как только отворилась дверь дамской комнаты, парень решительно поднялся на ноги. Пропустив мимо себя мелированую матрешку, он вытянул шею в поисках Даши. Девушка выходила следом, посвежевшая, с прибранными в тугой колосок волосами. Только глаза уставшие и воспаленные. Она неторопливо подошла к байкеру, но взгляда на него не подняла.
— Едем домой? — спокойно спросила Даша, приложив усилие к слабому голосу, чтобы перекрыть им громкий репертуар местной рок-группы.
— Да. Можем переночевать здесь, если хочешь. Завтра выходной.
— А-а, — потупила глаза девушка, — ну я понимаю, почему ты хочешь остаться.
— Что?.. Черт, Дарс, мне все равно. Я спал полдня, но если ты разваливаешься на ходу, можем снять комнату до утра. — Дима растеряно захлопал глазами, поняв, что ляпнул что-то не то. — В смысле… В смысле разные комнаты.
Даша тихонько усмехнулась. В первую секунду готовая решительно отмести это предложение, она вдруг осознала, что совершенно разбита после длинного дня, начавшегося еще с учебы. Казалось, это было еще вчера.
— Тут есть условия? — неуверенно прикусила губы девушка.
— Душ и чистое белье, — коротко пояснил Дима.
Та молча кивнула, намеренно избегая встречи глазами.
«Нет никаких сил тащиться до Истры… Что ж, рискну переночевать в этом мрачноватом местечке… Боги, каким же чужим и незнакомым сейчас кажется Деймон! Ненавижу эти минуты, когда чувствую, что совершенно его не знаю».
Мимо ребят проскользнули парень и девочка-подросток в готических толстовках и разбрелись по разным дверям уборных.
Какое-то время байкер с Дашей стояли друг напротив друга, думая каждый о своем.
Первым заговорил Дима, ненавязчиво попытавшись взять девушку за руку, но та отпрянула.
— Ревнуешь, дружок? — с кривоватой улыбкой спросил парень. Его улыбка плавно разрослась от негодующе округленных глаз, зыркнувших на него.
— Я?! Тебя?! К этой пьяной сомнамбуле?! Да ты просто клочок самодовольства! — начала облегчать душу девушка.
— Тогда почему ревела? — совершенно серьезно обратился к ней байкер.
Растерявшись, Даша прикусила нижнюю губу. То ли обдумывая причины своей маленькой слабости, то ли из-за неловкости, что не удалось ее скрыть.