— Так, ахах, уже лучше! — хлопнула его по плечу Маша, на что байкер ответил ей шлепком по ляжке. — Оказывается, ты смеяться умеешь.
— Сколько он тебе заплатил?
— Ты нахрен за кого меня принимаешь, кретин? — тут же посерьезнела шатенка. — Он оказал услугу, мне как раз некуда было деть себя в эту сказочную ночь. Спать что ли прикажешь? А ты красавчик, правда, жалкий.
— За кого я тебя принимаю, Глаша, тебе лучше не знать. А спать в ночь на воскресенье — реально стремное дело. Знаешь, я до этого был с тобой слишком вежлив. — Дима наклонился к девушке и заговорил низким голосом с нотками угрозы. Взгляд его казался тяжелым, как никогда. — Дело в том, что пока ты, как в слоумоушене, произносишь свои жалкие остроты, я мысленно успеваю довести тебя до оргазма. В другом случае я бы уже вставил тебе по самое горло наверху. Но знаешь, в чем проблема, Глаша? — Байкер вскинул глаза к потолку, вспоминая. — Даже не проблема, а… Черт, не знаю, как правильно выразить эту… Это чувство. Просто сейчас прямо надо мной спит сном младенца девочка. Ты и такие шлюхи, как ты, и мизинца ее не стоите. Она считает меня конченым бабником и гребаным содомитом, что правда. Ей противно представить меня рядом с собой и, знаешь что? Я ее понимаю. Мне давно не было за что-то стыдно, я бы трахнул тебя прямо здесь, под барной стойкой, но знаешь что?
— Знаю, — лениво вставила Маша, нетерпеливая вздохнув.
— Мне перед ней стыдно. — Дима опрокинул в себя еще глоток джина. Речь байкера становилась все менее внятной. — Черт, я… Я так хочу ей доказать, что я — это не я! У меня просто черепушка раскалывается, когда я пытаюсь взвесить, что правильнее: исчезнуть из её жизни, или продолжать преследовать, пока она не станет моей, а этот исход неминуем!.. Только вот будет ли ей лучше со мной? А? Вот ответь, Глаша!
— Если будешь бухать по ночам с подозрительной репутации телками, то вряд ли, — едва сдерживая смех, откликнулась Маша, которой явно было все равно, как ее называл байкер. — Что-то мне подсказывает, больной, что у вас давно бабы не было.
Девушка задумчиво поддержала голову указательный пальцем с видом профессионального психолога.
Дима равнодушно закурил очередную сигару. Его пьяное безразличие выглядело комично.
— Цыпочка, — ткнул парень сигаретой в сторону Маши, — меня уже тошнит от твоего голоса. Если хочешь доставить мне удовольствие, закрой поддувало и не порть светлое впечатление от своих почти прикрытых буйков.
— Месяц? — как ни в чем ни бывало, изломила бровь девушка, неторопливо потягивая из трубочки фирменный алкогольный коктейль.
— Типа того, — снова приложился к стакану Дима.
— Судя по всему, для тебя это много. Это я с минимума начала. Значит, пытаешься встать на путь истинный? — в свою очередь закурила Маша, не обращая внимания на его скептично ухмыльнувшуюся рожицу.
Дима невольно поморщился и глубоко затянулся едким дымом сигареты.
— Путь истинный? А что это?
— Выпендрежник.
— Стерва.
— Ты мне тоже нравишься, — натянуто улыбнулась девушка.
— У меня нет ответа на твой сверхтактичный вопрос, — угрюмо проговорил Дима, ссутулившись над голубым стаканом. — Кроме того, что мне просто пох*р. И на твои глазастые буфера пох*р. И на то, переспим мы, или нет, пох*р. И на свою жизнь пох*р… А лифчик ты только в бар не носишь?
— Ах, любовь… — томно вздохнула Маша, театрально возведя глаза вверх. — Давно со мной это было!..
— Я лучше переночую в коридоре, чем буду слушать твою сопливую драму. Наверняка подцепила какого-то осла в клубе, а утром хватилась… Кстати, сколько уже натикало?..
Дима неловко вынул из кармана кожаной куртки свой «Samsung» и засветил экран.
Лицо его замерло, а рука с дымящейся сигаретой медленно опустилась на барную стойку.
«P. S. не забывай предохраняться, не тебе потом детей воспитывать: Р»
Пробежавшись несколько раз по Дашиному сообщению часовой давности, байкер вдруг шлепнул себя ладонью по лицу, не вынимая из пальцев сигары, и затрясся от беззвучного смеха под недоуменным взглядом своей собеседницы.
— Что? Зарплату начислили? — почти обеспокоенно таращилась она на Диму.
Словно забыв о существовании Маши, байкер одним пальцем настрочил в ответ одно слово:
«Спишь?»
Но даже в нем по пьяни умудрился допустить ошибку, написав без мягкого знака.
Ответ пришел через считанные секунды: