Позади ударной установки он развернулся лицом к Даше. От бездонно-черных глаз Димы отражался весь присутствующий в комнате свет.
— Мило, — небрежно указал байкер на новую прическу девушки. Та коротко кивнула, облизнув пересохшие губы. Между ребятами повисло неловкое молчание. Вернее неловко было Даше, а басист просто глядел на нее, безмолвно любуясь.
«Если через пять секунд он не скажет хоть что-то, я уйду. Не могу так».
Тут Дима рубанул с плеча, оставаясь при этом внешне спокойным:
— Не жди извинений за то, что произошло в «Анаконде».
— Я ничего от тебя не жду, — бросила Даша, даже не задумавшись, так это или нет. Ее сердце неистово отбивало ритм в груди, разгоняя по жилам адреналин, и страх сковал девушку — страх того, что еще она может услышать.
А есть ли что-то, чего она хотела бы услышать от Димы? Ни новые признания в чувствах, ни холодные заверения в окончании их дружбы не дали бы покоя душе, заплутавшей в лабиринте правильного и неправильного, желанного и разумного.
— О чем жалею, так о том, что сказал тебе после… этого, — продолжал байкер, проигнорировав слова девушки.
Даша напрягла память.
— Я вспылил. Не стоило говорить, что дружбе конец. Я этого не хочу. — Голос байкера затвердел. Подойдя на шаг ближе, он навис над девушкой и начал чеканить слова металлическим голосом: — Но не собираюсь лгать, что мне этого достаточно.
— И не нужно… — нетвердым голосом пробормотала Даша, замотав головой. — Но не понимаю, почему ты жалеешь, я ведь… — Девушка опустила глаза на свои потерявшие покой руки. — Я не могу тебе ничего дать.
— Дурочка, — беззлобно прошептал Дима. Подняв на него глаза, она увидела, что тот простодушно улыбается.
«Дурочка… Да, наверное».
— Дружок, ты мне уже столько дала, — спокойным, но таким чувственным голосом проговорил байкер и пропустил сквозь пальцы прядь Дашиных волос.
Девушка опешила, не ведая ни что ответить, ни что и подумать.
— Никогда не чувствовал себя настолько живым, даже когда впервые оседлал байк, — искренне поделился парень с легкой полуулыбкой. Его голос был тихим и оттого невероятно проникновенным. — Хочу тебя отблагодарить.
«Так, что он уже там выдумал?»
— Надеюсь, не поцелуем? — добродушно усмехнулась в ответ Даша, заставив улыбку байкера сиять еще сильнее.
— Только если ты настаиваешь, — подыграл Дима.
«Да он флиртует со мной!»
Ничего более не говоря, парень достал из кармана своей иссиня-черной толстовки…
«Это что?.. Это серебро? Да он с катушек съехал!»
С пальца байкера свисал тонкий плетеный браслет с множеством утолщений в виде маленьких аккуратных сердечек.
Девушка не преминула высказать свое мнение вслух.
— Не психуй, — терпеливо вздохнул Дима.
— Деймон, я тебе не девушка и не любовница, чтобы драгоценности дарить! — шепотом кричала на него Даша.
— Это всего лишь серебро.
«Боги, как хорошо, что нас почти не видно из-за барабанов и расфуфыренной елки».
Даша тяжело вздохнула, проведя ладонью по лицу и оглянулась на ребят из-за своего укрытия, убеждаясь, что на них никто не пялится.
Лера и Макс, как ни в чем ни бывало, отвернулись, мгновенно вспомнив про свои яства.
— Отказы не принимаются, это мое решение, — отрезал Дима. — Хочу видеть его на тебе.
— Ты ставишь меня в неловкое положение, — глубоко вздохнула девушка.
— Нет, Дарс, это ты усердно стараешься поставить нас обоих в неловкое положение, — в голосе байкера снова появились нотки металла.
— Я не хочу быть тебе должной, — продолжала упрямиться Даша, сунув выдающие нервозность руки в карманы темно-синих джинс.
— Считай это подарком на Новый год.
— Я неопытная, Деймон, но не глупая. Ты пытаешься метить свою территорию подарками, но… Не смейся, пожалуйста. Пойми, то, что произошло в «Анаконде», я считаю опасной ошибкой и больше ее не допущу, — протараторила Даша, глядя сквозь звуконепроницаемое окно на «красочное» углубление в фундаменте.
Байкер с насмешливой улыбкой переминулся с ноги на ногу.
— Скажу так, — твердым голосом произнес он, спрятав изящный серебряный браслет в кулаке. — Только не перебивай. Во-первых, можешь не обманывать нас обоих, что тебе жаль — я видел, как ты реагировала на меня. Во-вторых, в другой раз на свой здравый смысл можешь не рассчитывать, поверь, он тебя подведет. — Даша попыталась возразить, но басист резко ее одернул. — Сказал, не перебивай. В третьих, клянусь, такого не повторится, пока ты не подружишься со своим сердцем и своим телом и пока не признаешься самой себе, что хочешь быть со мной. Я закончил.