— Вот чудак, — усмехнулась Даша.
Тут девушка спохватилась и начала выискивать глазами знакомый силуэт с дредами. Максим продолжал спокойно вымерять шаг и через пару секунд скрылся за домом на перекрестке. Даша вышла из своего укрытия и быстрым шагом двинулась за ним. Когда она приблизилась к дому, за которым скрылся Максим, то замедлила шаг, стараясь отыскать глазами однокурсника. Тот уверено направлялся к внушительному двухэтажному дому, который стоял прямо по курсу на параллельной улице, несколько обособленно от прочих домов.
Вся территория особняка была огорожена железным решетчатым забором со спиралевидным узором. Сквозь него было прекрасно видно внутренне убранство двора. Таких шикарных домов, как этот, в округе больше не было. Кроме ухоженного газона, цветущих клумб и выметенных дорожек с фонариками вдоль них, он выделялся небольшим бассейном, который по форме напоминал огромную голубую фасолину. Дом отделан в бежевых тонах, с коричневой комбинированной крышей. Ко второму этажу приделан открытый балкон. Дорожки из светло-коричневой плитки бежали от ворот и огибали вокруг бассейн и сам коттедж.
У самых ворот стояли на страже два высоких фонаря в дореволюционном стиле. Такие же стояли у главного входа в дом. Еще несколько — возле бассейна и над коваными скамейками вдоль дорожки.
«Он, что, направляется туда?!».
Дарья решила пока не идти дальше, а проследить за Максимом, ибо прятаться более было негде — ближайшее дерево росло не ближе, чем метрах в пятнадцати — вдруг парню сбрендит в голову обернуться!
Когда Максим приблизился к железным воротам, Даша обратила внимание на молодого человека, который стоял, облокотившись о забор, и задумчиво курил. Коренастый, с коротко стрижеными темно-русыми волосами. В левом ухе продета маленькая металлическая серьга в виде колечка, одет с виду просто: мешковатые спортивные штаны и красная с черным черепом футболка, поверх нее — терракотовая кожаная куртка, на ногах грубые серые кроссовки. Выглядел молодой человек лет на 20, так показалось Даше издалека. Он стоял, скрестив ноги, и с упоением докуривал сигару.
Максим неспешно подошел к воротам и пожал руку парню в терракотовой кожаной куртке. Тот в последний раз затянулся и запустил огарком в урну, что стояла примерно в метре от него, у ворот.
Они вполголоса о чем-то перемолвились. Вдруг Даша отчетливо услышала зычный собачий лай. Отворив незапертую черную калитку, ребята свободно вошли на частную территорию. Через пару секунд девушка заметила, как, гремя цепью и заливаясь неистовым лаем, к ним на всех парах бежит огромная, чепрачного окраса немецкая овчарка. Не успела девушка испугаться за них, как собака притормозила у ног ребят и приветливо оперлась о грудь Максима передними лапами. На ошейнике натянулась крепкая железная цепь.
— Привіт, звер-рюга! — воскликнул Максим, трепля овчарку за огромные стоячие уши.
Та в свою очередь ответила очередным гулким «гав».
— О, не-не, целоваться як-небудь в другой раз! — Максим спихнул громилу со своей груди.
Боги, как?.. Как я зайду туда, это частная территория! — отчаянно размышляла Даша. — Знала же, что это плохая затея, отсюда я никакой репетиции не услышу. Ладно, хоть понаблюдаю за ними».
Парни стояли спиной к Даше, так что та решила воспользоваться моментом и умудрилась подкрасться поближе. Девушка притаилась за широким стволом ореха, который стоял на противоположной стороне улицы, и прислушивалась к тому, что происходило за оградой. Одним глазом она с любопытством следила за ребятами.
Максим сел на корточки и, запустив пальцы в густую шерсть, начал елозить ладонями по темным бокам собаки. Его спутник равнодушно потрепал ее по макушке.
— Оставь ты ее уже в покое! Давай, пошли внутрь, — пробасил парень в кожанке.
— Ай, отстань! — отмахнулся от приятеля Максим. — Куди спешить? Всі уже на месте?
— Ден с Санни еще до меня приехали, ты ж их знаешь — всегда как штык. — Молодой человек достал из кармана куртки смартфон и глянул на время. — Деймон че-то опаздывает после работы. Да мне как-то плевать, хоть отдохну до его приезда, — бросил он невесело. Третий курс инженерки — это жесть, некоторые преподы нас вообще за людей не считают. Имел я их в виду… — зло процедил он сквозь зубы.