— Серьезно? — переспросил он с усмешкой.
«Капец, теперь надо мной ржут — замечательно! Ну и пожалуйста!»
Даша скованно улыбнулась и закивала.
Тут Андрей захохотал в голос, откинувшись на спинку дивана. Денис последовал его примеру и тоже затрясся от смеха, уронив лицо в ладонь. Под этот хор Саша тоже не выдержала и захихикала.
— Вы еще не видели, как она отчаянно пыталась пройти мимо Найды, — будничным тоном похвалил гостью Дима.
Денис немного успокоился.
— И что, она пропустила? — Вопрос был явно риторическим.
— Ой, да оставьте уже девочку в покое! — вступаясь, воскликнула Саша, натягивая на собственное лицо серьезное выражение.
Она порхнула к Даше, приобняла одной рукой за плечи и участливо спросила:
— Будешь чай?
— Да, с удовольствием, — расплылась в улыбке девушка. Нежный голос Александры очень приободрил ее.
От светловолосой девушки так и веяло прелестью и изяществом, это ощущалось во внешнем виде, в каждом движении и жесте, в интонациях голоса: уверенность, плавность, легкость и непринужденность.
— Присаживайся. Андрюш, подвинься.
Тот, все еще ухмыляясь уголком рта, молча сгруппировался и смигрировал на край дивана, уступая девушкам место.
— Не обижайся на Дениса, иногда он слишком резко говорит то, что думает, — непринужденным тоном проговорила Саша и включила по новой электрический чайник.
— А че я сказал-то? — не унимался тот, разведя руками.
Девушка не ответила, только многозначительно на него глянула.
— Если хочешь снять кардиган, вон там за дверью вешалка, — предложила она Даше.
— Да нет, спасибо, тут прохладно.
— Да ну, брехня, — беззлобно возразил Дима. — Тут не меньше двадцати пяти по Цельсию.
Даша впервые обратила внимание на него с тех пор, как вошла внутрь. Байкер стянул с головы бандану, обнажив растрепанную шевелюру с небрежным пробором посередине, которая скрывала его уши. Сняв кожаную куртку, Дима остался в черной борцовке, из-под которой четко проступали спортивные формы. Уступавшие мускулам Андрея, они все равно цепляли женский взгляд.
Правая рука байкера оказалась полностью покрыта татуировками, которые представляли собой сплошной огненно-черный рукав, пускавший щупальца аж до шеи. Запястье молодого человека охватывала грубая рисованная цепь, от которой отходили крупные языки черно-алого пламени, по спирали огибавшие руку до самой ключицы. Меж ними светились таинственные кроваво-красные глаза. Игра теней делала татуировку необычайно реалистичной и пугающе-завораживающей.
На левом плече Димы красовался восхитительный черный дракон, гордо извивавшийся своим длинным чешуйчатым телом. Вдоль него, изображенный рукоятью вверх, отливал серебром средневековый меч и чернел готический череп. Почти все внутреннее предплечье до самого запястья занимал рычащий пепельно-серый волк, он смотрел в упор и готовился к прыжку.
Девушка поначалу сдерживала любопытство и старалась не пялиться на разрисованные руки Димы, но на волке она неосторожно задержала взгляд, так что байкер не мог не этого не заметить. С полуулыбкой он ответил на немой вопрос гостьи:
— Волк — моя первая тату. В пятнадцать набил. Остальные — уже в техникуме.
Даша спохватилась и отвела любопытный взгляд, смущенно моргая.
— А, прости, Деймон, — начала извиняться она.
— Без проблем, — ободряюще улыбнулся Дима уголком губ.
— Эм-м… Не боишься пожалеть? В смысле в будущем.
Байкер криво усмехнулся.
— Я никогда ни о чем не жалею.
«Даже так… Что ж, убедительно», — мысленно согласилась девушка, кивнув.
Саша залила черный заварной чай кипятком и заботливо подала гостье.
— Ты против татуировок? — полюбопытствовала блондинка.
Взгляд Даши снова упал на алые розы, набитые на ее руках.
— Да нет, — честно ответила Даша. — Просто из моих знакомых никто не делал тату, да и мне как-то в голову не приходило. Хной раскрашивалась — да, но чтобы настоящую татуировку…
— Да ты ангел, — пошутил Денис. — Сколько тебе лет?
— А это имеет значение? — подняла брови Даша и уклончиво ответила. — Я только школу окончила.
— Еще успеешь, — кивнул молодой человек. — По-любому, каждый сам для себя решает, что с собой делать, никто за волосы тянуть не будет. — Тут глаза Дениса загорелись. — Кстати, в Эпике ни одной татухи у ребят не видел!