Макс умолк, пока костлявый официант выставлял с подноса высокий стакан с коктейлем и два больших блюда из заказа Макса: отбивные и жареную картошку с соусом.
Девушке вспомнились слова Дениса: «… мы с Деймоном последние пару лет тоже не шибко ладим. И это еще мягко сказано, но, тем не менее, он здесь».
— И как он согласился играть вместе с ними?.. — недоуменно нахмурилась Даша после ухода официанта. — Почему? Если даже спустя два года он… Неравнодушен к ней?
Слово «любит» по отношению к Диме все еще казалось неподходящим.
— Ну, знаєш ли… — почесал макушку Макс. — Для него це важно… Блин, не знаю, Дашка, спроси у него сама.
Сердце девушки заполонило сочувствие.
— Бедный Деймон… — с жалостью в голосе протянула Даша.
— «Бедный»… — передразнил ее Максим с набитым ртом. — А, может, так ему и надо, ты про це не думала? — пожал плечами Макс.
— Он ведь тоже бросил употреблять.
— Так, держится, мужик, — согласился парень. — Но я не про дурь, а про iншi крайности, в якi он совался.
— О, боги, Макс, с меня сегодня хватит!
— Ну ладно, — равнодушно пожал плечами Максим и, опустив глаза, притворился, что разглядывает вазочку с розой, что стояла посреди столика. Рука его тем временем отвлеченном обмакивала жареный картофель в соус и отправляла парню в рот.
Даша приложилась губами к трубочке от коктейля и начала потягивать молочный напиток. Официант («И как это полупрозрачное существо еще кондиционером не сдуло?») принес Дашины зразы с сыром и любезно поинтересовался, нужно ли что-нибудь еще. Получив односложный отказ, он неслышно удалился. На минуту за столиком повисла тишина, гитаристка глядела мимо своей тарелки, покусывая трубочку от коктейля. Наконец, девичье сердце не выдержало.
— Кроме рок-н-ролла и наркотиков остается секс. Я не до такой степени наивна думать, что Деймон — невинный, — негромко заявила она. — У него взгляд волчий.
— О, да, детка, ты точно пiдмiтила! — расплылся в плотоядной улыбке Максим. — Я не знаю, из-за темперамента или скуки, но Димон переспав не меньше, чем з двома сотнями телок. Конечно, не тiльки в нашому милому городочку.
Даша поперхнулась коктейлем, но тут же приняла невозмутимый вид.
— И с какой стати обвинять женщин в сплетнях? — иронично подметила она. — Парни и сами не прочь слухи разгонять. Давно Деймон хвастался?
— Деймон? Не, ты шо, мать, он про це не болтает. Инфа от Моцарта. — Максим наклонился ближе к девушке и доверительно понизил голос: — Ты, это, Димону не слова, окей? По крайней мере, шо це я растрепал.
— По-моему, это бред полный. Я о таком количестве любовниц даже в фильмах не видела.
— А ты много фильмов бачила? — лукаво осклабился парень. — Кстати, я навiть подсчитал, если каждую неделю начну менять дівчат, до двадцати трех у мене примерно стiльки ж накопится.
— Макс, тоску нагоняешь своим трепом, дай отдохнуть мозгам.
— Без проблем, — взмахнул руками парень.
— Погоди, сколько, говоришь, Деймону?
— Ну через месяц вроде двадцать четыре. А шо?
— Ничего, — как можно равнодушнее бросила девушка и принялась поливать сметаной сырные зразы.
Подавленные размышления об Андрее частично уступили место в голове Даши неординарными новостями о Диме. Тот факт, что он разделил постель с более, чем двумя сотнями женщин, ее мало трогал, да и девушка едва ли верила в это — слухи есть слухи. Но совсем другое — его отношение к Саше… Здесь сомнений быть не могло, все говорило об этом.
Дарья вполуха слушала болтовню Макса с набиты ртом о репетициях, новой песне, что написали Денис с Сашей, и его, Макса, вариантах названия группы. Девушка бесцветно отвечала на вопросы, пожимала плечами и отмела все предложения по названию группы, что он предлагал.
— Та не так важно, як мы назовемся! — махнул рукой клавишник. — Можно назватися тупо «Nickelback» или «Sum 41», но грати чертовски класнi песни, и стати популярными в своей среде.
— Название имеет значение, оно привлекает аудиторию, — на одной ноте проговорила девушка.
Максим откинулся в своем кресле и деловито скрестил на груди руки.
— Твои предложения, я слухаю.
— Если так сложно что-то придумать, можно назваться просто «Nemo», — пожала плечами девушка, без особого аппетита поедая свое блюдо.