Оказавшись у самого края спасения Амаса, я рисковала все потерять. Мне так отчаянно хотелось приставить клинок к собственному горлу, лишь бы Луа жил. Ведь он уже еле дышал, с каждой секундой его пульс слабел, лишая меня надежды на то, что нас найдут и помогут. Успеют ли вернуть его к жизни при такой ране?
— Луа, миленький, — рыдая лепетала я, гладя его щеки и лоб. — Не умирай, прошу тебя. Продержись еще немного, и нас найдут. У нас ведь все получилось. У тебя. Ты смог. Амас почти спасен. Осталось пробудить Ракоса, всех троих и истребить водных. Мы прошли такой долгий путь. Ты не можешь умереть вот так глупо сейчас. Ведь я не позволю тебе, но тогда нам придется начать все с начала, и я боюсь, что мы можем потерпеть поражение.
Отчего-то интуиция подсказывала мне, что если я вернусь в прошлое, то это будет мой последний раз. Не могла же я в самом деле стать бессмертной навсегда. Тогда бы все было слишком просто, а я была уверена, что ни в одном из существующих миров не бывает все просто.
Я всхлипывала от отчаяния все громче, слезы падали на лицо Луа. Несколько раз я пыталась тащить его снова, но практически сразу же падала на землю. Ноги не держали меня, а пальцы не слушались, то и дело скользя по мокрой от крови ткани.
— Помогите! — надрывно кричала я охрипшим голосом. — Кто-нибудь! Мы здесь! Эй! Эй!
Поднявшись на ноги, я попробовала идти сама, надеясь на то, что смогу выбраться и позвать на помощь. Но раненая нога не слушалась, лишая возможности двигаться. Я чувствовала, что всё внутри начинает гореть и скручивать. Меня лихорадило. Началось заражение, и скоро я сама здесь погибну. Но боялась я не этого, а смерти Луа. Хотя и понимала, что когда я умру, а затем вернусь, он снова будет жив. Тогда вставал всё тот же вопрос: сможем ли мы еще раз справиться с Нао? Сколько у нас шансов на победу и сколько на провал? Становилось очевидно, что это был один единственный вариант, а все остальные, если таковые все-таки будут, закончатся полным уничтожением Амаса. Мне всё больше казалось, что это была одна попытка на миллион?
— Я люблю тебя, Луа, — бормотала я, придерживая его голову на своих коленях и раскачиваясь в стороны, словно убаюкивая его или саму себя. — Луа, слушай мой голос. Если можешь, держись за него. Не покидай меня. Только не сейчас, когда у нас всё получилось. Когда ты смог. Убил Нао. Спас меня и всех вокруг.
В пещере были слышны лишь мои всхлипы и как где-то капала вода. Сквозняк трепал мои волосы, обдавая холодом и заставляя дрожать еще сильнее. С каждой минутой шансы Луа уменьшались, а мое заражение прогрессировало. Видимо, в рану попала инфекция от когтей водного, иначе я бы не почувствовала себя настолько паршиво так быстро.
Снаружи тоже было совсем тихо, но все словно забыли о нас. Никто не спешил нас найти. А яйца были спрятаны где-то там, в глубине пещеры. Я не могла уйти за ними или выйти на поиски воинов с пиратами. Даже кричать больше не было сил. Отчаяние поглотило меня целиком.
— Помоги мне. — взывала я к силе, что привела меня в этот мир. — Я ведь справилась. Смогла. Привела нас с Луа сюда. Он убил Нао. Не дай ему и мне умереть снова, чтобы нам не пришлось начинать все сначала. Прошу... Прошу тебя о снисхождении. Пожалуйста...
Слёзы не переставая катились градом по моим щекам, стекая по подбородку, шее и капая на лицо Луа. Я чувствовала себя разбитой и преданной чем-то неизведанным, непонятным. Я ведь так старалась быть сильной, старалась не падать духом, покорно приняла случившееся со мной. Так где же моя заслуженная награда? Неужели мало было лишить меня жизни на Земле, разлучить с любимыми близкими. Моё изнасилование. Сколько мне ещё придётся ходить по кругу и переживать всё это снова и снова?
— Прошу... — шептала я. — Прошу... Я не могу потерять его и не могу подвести Амас. Я устала. Я не хочу видеть смерть любимого мужчины.
Закрыв глаза, я мысленно взывала к силе, что подарила мне бессмертие, чтобы она не дала Луа уйти от меня. Я молила, обещала и готова была сделать всё, что угодно, лишь бы он жил. Я не была готова видеть его смерть, не хотела. Хоть и понимала, что стоило мне умереть, как всё вернется вспять, и он и я будем живы, но и Нао тоже.
Я говорила с этой силой и с этим миром, умоляя о благосклонности, уговаривала и пробовала договориться. В моей душе все росла и росла буря эмоций: от тоски до непоколебимой веры и самопожертвования. До тех пор, пока я не стала ощущать тепло внутри себя, словно бы кто-то пустил кипяток по моим венам.