Так чем же занимался «Совет»? Ну, кроме как изредка собраться, выпить, закусить и поболтать? Борьбой с пиратством! Ибо, по мнению пролетающих эти звёздные системы, пиратов здесь был избыток, и почти каждый путешественник мечтал о сокращении их численности, против чего категорически возражал «Совет адмиралов». Он утверждал, что полностью извёл всех преступников.
Способ был избран не совсем стандартный и не лежащий на поверхности, но действенный и выгодный местным, поддерживающим текущее положение вещей. На самом деле уничтожить пиратов оказалось достаточно просто: «Совет» выдавал каперские свидетельства и за некоторую долю в добыче помогал с ремонтом и обеспечением подопечных судов. А пиратов здесь точно не осталось! Неорганизованные нарушители правил никому не нужны.
Каперы нападали исключительно на суда вражеских систем, но к настоящему моменту так сложилось, что дружеских почему-то не было, а нейтральные заранее платили «дорожный сбор».
Один из «адмиралов», с позывным Крюгер, сейчас проводил совещание капитанов сборной эскадры. Естественно, каждый сидел у себя на корабле и смотрел на экран с портретами других участников.
Три крейсера, включая корабль самого Крюгера, два эсминца, три фрегата, корвет и два… будем говорить мягко… приспособленных судна, точнее лоханки давно забытого происхождения, с кое-как приклёпанным вооружением. Возраст корпусов, число ремонтов и прочие особенности никого не смущали. Среди местных больше ценились скорость и возможность нанесения урона противнику.
Эскадра, как это часто бывало в этих краях, была собрана с бору по сосенке и только на одно дело. Дружба, взаимовыручка, самопожертвование и прочие аналогичные абстрактные понятия были неведомы собравшимся, но аванс уже получен, его требовалось отработать, а потому все слушали временного командира. Однако сейчас многие прикидывали, как без денежных потерь можно завершить несостоявшуюся кампанию.
— Почему такое случилось? — сурово вопрошал Крюгер. — Почему цель ушла в другую систему?
— А я знаю? — нагло ответил Ухо, капитан корвета «Лисичка», специализирующийся на радиоэлектронной борьбе. — Надо спросить того, кто слил маршрут и подсунул взломщик.
Все остальные его молчаливо поддержали: свою задачу Ухо выполнил полностью — сигнал ломалке подал, ответ от неё получил, а кто ставил ей задание, знает лишь сам Крюгер. Тот не стал продолжать выговор, тем самым признавая, что всё необходимое было исполнено и ничего другого придумать нельзя, однако продолжил обсуждение:
— Что делать будем? Я возвращать аванс не желаю.
— А я и не буду, — заявил Принц, капитан второго по мощности залпа крейсера. — Меня наняли для боя. Нет драки? Жду оговоренное время, потом ухожу. Почему должен отдавать кредиты? Я, знаете ли, на подготовку изрядно потратился — мне, может, пришлось за настройку двигателя заплатить! Опять же, снаряды сейчас в цене, а мне из-за срочности их пришлось брать с изрядной переплатой…
— И вообще, — вставил своё слово капитан третьего крейсера, — разве мы что-то не так сделали? Или от чего-то отказались? Нет! Не вижу причин для возврата аванса.
Самые авторитетные люди сказали своё мнение, теперь можно было высказаться и народу попроще. Тем более, что Крюгер не возразил оппонентам. Да, в принципе, чего он мог сказать? Многие действительно уже успели потратить полученное. Понятно, не на ремонт — когда бы его успели сделать? Боеприпасы тоже негде было бы купить. Зато те, кому долго не везло, успели закрыть наиболее просроченные долги, сунуть хоть сколько-нибудь в зубы экипажу и в свою очередь перевести авансы поставщикам на неотложные покупки.
Выслушав единогласное мнение капитанов эскадры, «адмирал» весомо уведомил:
— Заказчик не будет доволен, — потом значительно помолчал и уточнил: — Скорее наоборот. Но! С его представителем говорил я один, значит, я один и отвечаю перед ним. Я знаю вас, как облупленных: вы — все черти, сволочи и гады! Но свои! Заказчик платит живые деньги — значит, прекрасный человек! Почти идеал! Но он чужой. И потому знаю, как поступлю.
— И как? — кто-то спросил, не выдержав напряжения.
— Предложу вернуть аванс, если он заплатит неустойку в том же размере. Мы потратили время, которое могли посвятить заработку. Горючее, расходники — они дорогие. Наше желание помочь — тоже чего-то стоит? Или нет? Оно пустой звук?
Гул голосов с экранов полностью поддержал оратора. Кое-кто ушёл, бросив все дела! Не допив, понимаешь, последнего глотка из бокала! Не поцеловав на прощание красотку! Лишь бы помочь, лишь бы сделать заказчику приятно.