— …Поэтому я могу предложить вам одну новую методику. Она рискованная, не вполне проверенная, официально не утвержденная, но есть информация, что в определенных случаях она может дать эффективные результаты при лечении комы.
Инга размеренно кивнула и слегка приподняла брови, приглашая профессора продолжить.
— Я бы не стал вам предлагать такой сомнительный метод. Но нас подгоняет время, — Звягинцев словно извинялся. — Некоторые из наших пациентов находятся в коме годами, там лечение консервативное: мы просто их поддерживаем и ждем, пока организм справится самостоятельно. Однако в данном случае динамика у нас отрицательная. Пациенту с каждым днем становится хуже, и консервативные методы не могут компенсировать его деградацию.
Вика вздохнула, а профессор, слегка сдвинув очки к переносице, продолжил:
— Методика состоит вот в чем. Пациенту проводят общеукрепляющий комплекс процедур с повышением иммунитета. Затем медицинскими средствами вызывают остановку сердца. Наступает состояние клинической смерти. Дальше надо очень точно следить за временем: если чуть промахнуться, пациент умирает. Через строго отмеренный промежуток времени у пациента заново запускают сердце.
Теперь Вика невольно зажала рот рукой и смотрела на говорящего почти с ужасом.
— Иногда уже на этом этапе результат бывает фатальным — сердце запустить не удается, — он развел руками. — Другой вариант — пациента вывели из состояния клинической смерти, но он так и остался в коме. В этом случае мы ничего не теряем, но и не получаем никаких преимуществ. Но делаем мы все это ради третьего возможного исхода. После выхода из состояния клинической смерти в организме пациента может произойти как бы перезапуск всех систем организма. В том числе возвращение сознания. И такие случаи в литературе отмечаются.
— И это могло бы нам помочь? — уточнила Инга.
— Как знать. Что дальше — уже другой вопрос. Пациент может остаться инвалидом. Он может снова впасть в кому. Сознание может вернуться не полностью. Тогда он перейдет в вегетативное состояние: первичные рефлексы есть, но мышления нет и уже не будет. В общем, спектр возможных реакций довольно широк. Но шанс на благоприятный исход пусть маленький, но есть.
Теперь профессор обращался прямо к Вике:
— Мы уже начали укрепляющую терапию. Курс занимает три дня. За это время вам нужно принять решение — согласны ли вы и ближайшие родственники пациента на свой страх и риск применить эту методику. Если согласитесь, вы подпишете отказ от ответственности. Тогда в случае смерти пациента, чего нам всем, разумеется, хотелось бы избежать, тем не менее в таком печальном случае вы документально откажетесь от предъявления любых претензий к организации здравоохранения. Это общая практика, необходимая формальность.
Он протянул им несколько листов.
— Вот вам по два экземпляра бланков. Думайте. Советуйтесь. Решайте. И сообщите мне о своем решении. Я понимаю: ситуация непростая. Но шанс есть. Позитивные результаты этой методики в медицине зафиксированы.
Вика беспокоилась напрасно: ей так и не пришлось сказать ни слова. Хотя теперь ее волновали совсем другие проблемы. Оба варианта решения казались неправильными. А необходимость сделать моральный выбор давила почти невыносимо.
И как быть?
Глава 34. Гадалка
— Ну что, «сестрица», что-нибудь надумала?
— Знаете, Инга, я все еще сомневаюсь.
— Понимаю, но время уходит. Мне кажется, нам остается только рискнуть.
— Я боюсь потерять его.
— Видишь ли… если ничего не делать, то мы его потеряем обязательно. А тут все-таки шанс.
— Это да. Ладно, уговорили. Давайте съездим к родителям и подпишем бумаги. Только вместе: вы мне поможете их убедить.
* * *
— Профессор, но с ним ведь все будет хорошо?
— Я надеюсь, что мы хотя бы не ухудшим положение больного. А при хорошем раскладе сможем вернуть его к нормальной жизни.
— Да, я помню. Вы рассказывали. Но…
— Большего я вам обещать не могу.
Вика беспомощно смотрит на Ингу. Та медленно кивает в ответ.
— Хорошо. Вот, возьмите. Мы все подписали.
— Прекрасно. Будем готовиться. Инга Альгисовна, как только установим конкретную дату и время, я сразу вам сообщу.
— Да, конечно. Спасибо вам.
* * *
— Вика, ты куда сейчас?
— Домой. Я вся в сомнениях и…
— Послушай, это еще не все. Давай-ка, дружочек, собирай наших к пяти вечера. Я попробую организовать еще одну важную встречу. Вика, ты слышишь меня?