— Что скажешь? — напомнил о своем предложении Стручок.
— Казалось бы — да, но — нет, — ответила Зоя и бережно накрыла ладонью его руку. — Знаешь, есть хороший принцип…
— Знаю: «работает — не трогай».
— Ну… можно и так сказать. Я имела в виду «лучшее — враг хорошего». В прошлый раз я двигалась нормально. Ты решил спрямить дорогу. В итоге мы получили нападение Круженя. Точнее, я получила. И грань между «нормально вернуться» и «навсегда стать овощем» оказалась очень тонкой!
— Боишься?
— Боюсь, — призналась Зоя и отпустила его руку. — Мне можно, я девочка. Я же не космический герой-первопроходец.
Вика усмехнулась:
— Это как сказать. По-моему, все как раз наоборот! Так ты все же решилась на новое погружение?
Теперь она смотрела на Зою с надеждой. Та не спешила с ответом.
— Я… все еще думаю. Плюсы — теоретически мы можем спасти Торика. Минусы — первое: он не хочет возвращаться, и второе: я боюсь… Я многого теперь боюсь. Здесь мы можем подбадривать друг друга и говорить что угодно, но там я… Как вам это объяснить?
— Как в темном лесу?
— Хуже. В темном лесу ты одна. Но ты есть. У тебя есть тело, ты что-то можешь делать сама: идти, прятаться, залезть на дерево или позвать на помощь. А там ты… — мнимая единица. Ты вроде бы есть, все понимаешь, но физически тебя как бы нет. Ты ни на что не можешь повлиять, тебя не существует в природе и уж точно не должно быть сейчас здесь. Но при этом надо, чтобы ты не просто выжила, но и сделала при этом важные вещи. Понимаешь?
— Понимаю, — неуверенно кивнула Вика.
— Вряд ли, Вик. Надо хотя бы раз там побывать, чтобы понять.
Вика порывисто вздохнула:
— Да я хотела! Я очень хотела, и мы много раз пытались. Но я там просто сплю, как хомяк недоделанный! Иногда при этом вижу сны, обычные, нормальные сны. И никуда не путешествую.
Зоя примирительно погладила ее по плечу:
— Я знаю.
Вика с удивлением посмотрела на ее руку:
— Никак не привыкну. Всегда, сколько я тебя знаю, было наоборот.
Зоя вздохнула и убрала руку:
— Ну… Я ведь обычный человек. Просто раньше была сломана. А теперь меня вроде как починили.
— Не хочешь рассказать об этом? — мягко спросил Стручок.
Зоя нервно зашагала по комнате.
— Олег, я не могу, честно. Там словно какая-то магия. Как только подбираюсь к сути, у меня словно блокировка включается! Я пыталась хотя бы на бумаге записать словами — ручка выпадает из пальцев. Говорить начинаю — язык немеет. Набирала на компьютере — он тут же завис и весь текст потерялся.
— Прямо какой-то обет молчания, — заметила Вика. — Я про такое в книге читала. Но там его налагали колдуны.
— Ясно, — вздохнул Стручок. — Тогда давай вернемся к более практическим вещам. Я так понял, лучше нам не менять привычную схему?
— Я бы не стала. Едет себе машинка и едет. С координатами еще видишь какая штука. Координаты внутри души — относительные. Как бы сама душа ни крутилась, куда бы она в своем космосе ни летела, внутри все соотношения сохраняются. А вот в космосе…
— Хочешь сказать, души все время меняют взаимное расположение?
— И это тоже. Но я имела в виду, что меняются расстояния между душами.
— Меняются? Как именно?
— У меня слишком мало данных: было всего два погружения в душу Торика, но уже во второй раз, судя по записям, его душа нашлась дальше от моей.
— Ты не забывай, что ты существенно медленней перемещалась.
— Понятно, ушло больше времени. Но и сама душа объективно находилась дальше.
— Может, они просто туда-сюда ходят?
— Хорошо бы. Но у Торика была теория, что «соседняя звезда» к тебе тем ближе, чем ближе человек, к которому она относится.
Вика помотала головой:
— Не поняла. Это как?
— Чем ближе люди по жизни, тем ближе друг к другу их души в космосе. А сейчас, мне кажется, Торик отдаляется. Не только от меня, но и от всего мира. Потихоньку дрейфует, уплывая в бесконечность.
Все замолчали. Глаза Вики предательски заблестели. Голос задрожал.
— Пожа-алуйста, давайте еще хотя бы раз попробуем?
— Скучаешь по нему? — спросила Зоя.
— Конечно, скучаю! Когда тот мужик из скорой меня записывал, я ответила «сестра». И это ведь было почти правдой. Я действительно так себя чувствую. Как будто мы с ним близкие родственники. Я же знаю его всю жизнь! А сейчас еще и мой Семик опять в больницу попал. Сплошной лазарет!