— Он все это знал, но от того, что с ним произошло у отступников, забыл, а теперь просто постепенно вспоминает.
Эта версия была ничем не хуже других, чтобы объяснять мои знания, поэтому и я стал ее придерживаться. Но всех заинтересовало, сколько я вообще знаю заклятий. Истинную цифру я не стал называть, тем более я еще и сам точно не знал, сколько я смогу воспроизвести из того, что учил со Стелониаль. Поэтому назвал цифру в две с половиной сотни, тем более, что чуть меньше продемонстрировал ректору, при проверке. Мой ответ снова вызвал удивление. И на мой вопрос, что в этом такого необычного, меня просветила Миола.
— Ты спрашиваешь, что необычного? Поясняю. Выпускник академии должен на экзамене создать две с половиной сотни заклинаний, чтоб получить звание мага, а ты уже освоил такое количество. А ты спрашиваешь, что необычного. Я за первый курс освоила пятьдесят семь заклинаний из лекарственной магии, в этом году надеюсь освоить чуть больше. Я могу заучить и отработать вызов пяти семи заклинаний в месяц, а ты только за прошедшее время запомнил, за неполных, два месяца двадцать три и уже некоторые из них применяешь.
— Но это те которые я быстрей всего уже знал, а когда будут новые, я наверное тоже буду их долго учиться создавать.
— Но ты уже знаешь достаточное количество, чтоб сдать экзамен на мага, сказала Миола.
А на следующий день меня снова вызвали к ректору. Я шел и сочинял отмазки. Я рядом с последним пострадавшим не был. Когда это произошло, я был в общежитии. Лесану со мной как прошлый раз не вызвали, значит ей вопросы задавать не будут, ну, а я, как-нибудь отобьюсь. Не впервой. Подойдя к двери ректора, я набрался духа и постучал.
— Входи, последовало из-за двери.
Я вошел и стал перед ректором, ожидая взбучки. Спрятав руки за спиной, опустив взгляд вниз, чтобы его не раздражать лишний раз, стал ждать обвинительной речи.
— Красавец, ничего не скажешь. Кающийся грешник. Я прямо так и слышу, я этого не делал, я ничего не знаю. Так?
— Я ничего не делал, я вообще здесь не причем, проговорил я заранее приготовленную фразу.
— Ну, в принципе я так и думал, а тебя вызвал для того, чтобы позаниматься с тобой на полигоне. Я заметил, что ты не владеешь ни одним защитным заклятием. Хотел тебе показать. Так ты хочешь, чтоб я тебе их показал?
— Да, пораженно ответил я, с удивлениям смотря на него.
— Тогда пошли, нечего время терять.
Мы пришли на полигон, Ректор потребовал, чтобы я стал рядом с ним.
— Я покажу тебе две защиты первого уровня и две второго, сообщил он. Если что-то будет непонятно, сразу останавливай и переспрашивай. Приступим.
Он показал защиту первого уровня, в ней многое было мне уже известно, поэтому уже с третьей попытки мне удалось ее повторить. Вторая защита первого уровня была чуть сложнее, но тоже мне потребовалось немного времени, чтобы ее освоить. А вот с двумя защитами второго уровня мы провозились около пяти часов, у меня уже в животе бурчать начало когда, наконец, у меня получилось создать последнее заклятие.
— На сегодня все, иди, отдыхай, ты хорошо поработал сегодня.
А когда я развернулся, чтобы уйти, спросил. — Ты сколько лечебных заклятий можешь создать?
— Не знаю, неуверенно ответил я.
— Я где-то так и предполагал, с улыбкой произнес он, — все иди.
— Ты знаешь Аэрон, он освоил четыре заклятия за шесть часов, на моей памяти такого никогда не было. И он не вспоминал, он их запоминал. У него очень хорошая память. И он владеет лечебными заклятиями.
— Это понятно, они по программе должны были изучить уже одно.
— Я у него спросил, сколько он может создать. Если б он знал одно, он бы ответил — одно. А так он ответил свое любимое — не знаю.
— Это не о чем не говорит. Возразил Аэрон.
— Если б такое ответил кто-то другой, то да. А с ним это признак того, что он не готов назвать количество, которым он владеет. Уже прошла почти неделя после последнего происшествия, а ничего не происходит. Ты был прав, тот раз был последний.
— А тебе Казиомар не нравится тишина, беспокоит отсутствие происшествий?