Я снова заметил эту грусть в ее глазах. Раньше ее не было.
- А как ты тут оказалась?
- Приехала с друзьями. Подруге достался в наследство дом, и мы приехали с ней.
- Но как? А как же твоя семья? - не понимал я.
- Какая семья? – недоуменно спросила Белла, и у меня в голове закрутилась еще куча вопросов.
- Тебя же забрали, Белла, - ответил я. - Мы приезжали в Сиэтл. Я и моя семья. Мы приехали, чтобы повидаться с тобой. Но Кейт сказала, что тебя удочерили.
- Что? - немного треснувшим голосом переспросила Белла. – Ты приезжал? Когда? -
Чуть больше чем через месяц, после того как уехал. Но это неважно. Ты так и не ответила. Где твоя семья?
- У меня нет семьи, Эдвард, - отвернулась Белла. - Кто бы они ни были, я от них сбежала.
- Что?! - моя тревожность начинала нарастать в груди.
- Почему?
- Я не хочу об этом говорить, - решительно сказала Белла, снова поворачиваясь ко мне. - Лучше расскажи мне о себе и о твоей семье. Тот парень, который дал нам ключи от машины, это твой брат?
- Да, это Эммет. У нас с ним получилось подружиться почти сразу.
И я рассказал ей все, что она хотела знать. Я ответил на все ее вопросы, и потом мы просто сидели друг напротив друга и говорили. Вспоминали старые времена, говорили что-то о себе, но больше, конечно, говорил я. Белла была довольно закрытой, и на все мои вопросы отвечала довольно сдержанно.
А когда слова закончились, мы просто сидели и смотрели на закат, на птиц, пока я не почувствовал, как Белла дрожит от вечернего холодка.
- Ты замерзла, - сказал я, притягивая ее к себе. - Наверное, нам пора возвращаться.
Но Белла отстранилась от меня, молча, глядя мне в глаза. На кончиках ее ресниц дрожали слезы.
- Эй, Белла, ты чего? - я снова притянул ее к себе, прижав к своему боку. - Не плачь.
- Я боюсь уходить отсюда, - всхлипнула она. - Боюсь, что снова потеряю тебя. Ты - моя семья, Эдвард. Так было с самого начала. Как только ты уехал, все пошло не так, все было неправильно.
И она расплакалась, уткнувшись мне в плечо.
А я просто умирал, не представляя, что же с ней приключилось за все эти годы, но что-то было не так. Это можно было сказать не только по тому, какой худой она была, или что на ней была одежда на несколько размеров больше нужной. От нее веяло печалью и тоской, и видеть это в ней, в той живой малышке, всегда радостной и смеющейся, было очень и очень больно.
Но это была она, моя Белла. И мне ее не хватало. Я даже не догадывался, как мне ее не хватало, пока не услышал, как она называет меня ее прозвищем.
- Белла, посмотри на меня, посмотри! - я взял ее за плечи. - Я не оставлю тебя больше, слышишь? Ты никуда не уедешь! Я больше тебя не брошу, Белла! Обещаю!
Она долго смотрела на меня, а потом очень уверенно, словно, зная, что я говорю правду, сказала:
- Я верю тебе...
- Вот и молодец, - я стер большими пальцами слезы с ее щечек.
- А теперь поехали, пока ты совсем не замерзла.
- Где ты живешь? - всхлипнув, спросила она.
- Только не смейся, - и Белла сразу улыбнулась. - В лесу.
Ты обязательно придешь к нам, тебе понравится!
- А я не помешаю твои родным? - застенчиво спросила она.
Я рассмеялся, потому что хорошо знал, что сейчас происходит дома.
- Что-то подсказывает мне, что они ждут тебя уже сегодня к нам в гости. Но ты придешь, когда сама захочешь, хорошо?
- Хорошо, - улыбнулась она, и в ее улыбке снова появилось то озорство, которое я так любил.
Пока мы ехали обратно, я узнал, где живет Белла и где работает. Я был удивлен тому, что у нее нет мобильного телефона. Но Форкс маленький город, так что мне не составит большого труда не потерять ее из виду.
Когда я привез ее к старому дому на одной из улочек Форкса, она обняла меня за талию и уткнулась лбом мне в грудь.
Мы простояли так довольно долго, пока я осторожно не отстранился. Я взял ее за подбородок и посмотрел в глаза.
- Белла, мы увидимся уже завтра, и так будет каждый день. Теперь все будет как раньше. Мы будем вместе!
И именно это я имел в виду! Эта девочка была безумно дорога мне, и я сделаю все что смогу, чтобы она это знала.
А этот день станет одним из самых эмоциональных и счастливых дней в моей жизни.
Глава 9
От лица Беллы
Это был Эдвард. Мальчик, который был моей семьей, вырос, и теперь передо мной стоял взрослый, сильный и такой родной человек. Он изменился, черты его лица немного поменялись, линия челюсти стала более четкой, волосы немного потемнели, глаза хоть и были того же цвета, но, казалось, приобрели какой-то другой оттенок, и в них светилось столько силы, уверенности, спокойствия. Его голос стал ниже, но в смехе все еще проскальзывали те неуловимые нотки, которые каждый раз заставлять заливаться смехом и меня, когда Эдвард шутил.