– Господи, да поторопишься ты, наконец? – закричала Патриция через поле. – Это же Берт Хилл из Гринвилла!
Билли вытер ноги о мешковину, лежавшую у черного хода, прошел по голым полам пустых помещений нового дома и взял трубку в передней.
– Билли?
Даже в тоне говорящего, произнесшего это имя, чувствовалась неподдельная горечь.
– Да, Берт.
– Билли, новости скверные. Мне страшно жаль, но меня разделали под орех.
– Берт, что произошло?
– Скитер в последнюю минуту преподнес мне на блюдечке своего свидетеля, и я принял это за чистую монету и допустил его давать показания.
– Свидетеля? Кого же?
– Вы знаете такого цветного по фамилии Джонсон? «Джонсон-с-Негнущейся-Спиной»?
– Еще бы не знать! Это знаменитый местный пьяница. По крайней мере, один из них.
– Он заявляет, что его по пьяному делу в субботу вечером приволокли в тюрьму, и он там видел все. Он поддержал заявление Санни слово в слово. И большое жюри воздержалось от предъявления обвинения.
Билли сполз на мраморный пол.
– Билли, вы меня слушаете?
– Ага, Берт, слушаю. Но этого нельзя было предугадать заранее, и вашей вины тут нет.
– Все равно у меня на душе погано.
– Баттса все равно уволят, он вчера вечером избил парня на ярмарке, и Холмс вынес это дело на заседание совета. Думаю, что он в состоянии дать Баттсу пинка.
– Но все-таки он останется на свободе.
– Что верно, то верно, но «копом» он уже не будет никогда. После случившегося его не возьмет никто. Не исключено, что ему удастся предъявить обвинение в нападении с использованием опасного для жизни оружия. При нем была дубинка. Поговаривают и о вымогательстве.
– Билли, поверьте, я сделаю все, абсолютно все, что в моих силах, чтобы прижать к ногтю этого сукиного сына.
– Берт, как только я переговорю с Холмсом, немедленно введу вас в курс дела.
– Есть уже данные по выборам?
Билли поглядел на часы.
– Избирательные участки закрываются через полчаса, в восемь. После этого у нас открытый дом. Мы были бы очень рады видеть вас у себя.
– Спасибо, Билли, но я в расстроенных чувствах. Мне выдался не самый лучший день.
– Тогда постараемся как можно скорее встретиться.
Рядом уже стояла Патриция. Билли рассказал ей о случившемся.
– Это уже неважно. Еще до твоего прихода звонил мистер Холмс и сказал, что у него хорошие новости. Через несколько минут он уже будет здесь. Не пора ли переодеться?
Холмс с женой приехали только в половине девятого, когда съехавшиеся гости уже вовсю пили пунш и бродили по почти готовому дому. Он увел Билли в помещение, которое должно было стать кабинетом.
– Во-первых, я уже все знаю про большое жюри. Берт Хилл мне звонил. Стыд и позор, но после того, что случилось потом, это уже отошло на второй план.
– Что произошло на заседании совета?
– Заседание прошло на уровне. Вынесена резолюция уволить Баттса. Пока что, до решения большого жюри, не было основания решать вопрос о Чарли Уорде, но утречком я с ним потолковал, и он слинял, иными словами, подал заявление об уходе.
– А как насчет менеджера городка развлечений? У меня это не выходит из головы. На будущей неделе они снова отправятся в путь, и нам даже черти не помогут вернуть его сюда для дачи показаний.
– Судя по всему, это излишне. Санни Баттс сегодня утром смылся.
– Смылся?
– Покинул город, иначе говоря, сбежал. И, вдобавок, черт побери, не на своей машине, а на полицейском мотоцикле.
– Но это же бессмыслица! Почему он поступил именно так?
– По-моему предположению, Баттс до такой степени испугался большого жюри и результатов заседания совета, что не желал дожидаться итогового решения и попросту дал деру. Однако, у него дома побывали полицейские патрульной службы штата и обнаружили, что он не взял с собой ничего ни из одежды, ни из прочих вещей.
– Но если уж он собрался бежать, то должен был бы забрать с собой все, что можно, и уж не пользоваться столь заметным транспортом, как полицейский мотоцикл. Так мог поступить только сумасшедший!
Холмс пожал плечами.
– А кто Санни Баттс, как не сумасшедший?
Билли кивнул.
– Похоже, тут вы попали в точку. Видимо, у него перегрелся пар и сорвало предохранительный клапан.
– И я того же мнения, – ухмыльнулся Холмс. – Так что, если он объявится, то ему будет в довершение ко всему предъявлено обвинение в краже мотоцикла.
Через некоторое время Холмса позвали к телефону. Билли наблюдал за тем, как тот разговаривал, стоя в прихожей. Потом Холмс вернулся в пока еще пустую гостиную и попросил внимания.
– Дамы и господа, как вы, возможно, слышали, сегодня в штате Джорджия прошли предварительные выборы демократической партии, что равносильно выборам. В результате, в начале будущего года, произойдет смена в составе выборных официальных лиц. Кое-какие результаты у меня уже имеются. – И Холмс заглянул в крохотный блокнотик. – Шериф Скитер Уиллис выбран в очередной раз. – Послышался губ неодобрения. – В состязании за места в городском совете победителями оказались Элли Вудолл и доктор Том Мадтер, чему, я думаю, ветераны особенно рады, ну, а самой главной, как мне кажется, для всех, здесь собравшихся, является та новость, что место в сенате штата, ранее принадлежавшее вашему покорному слуге, теперь перешло к хозяину этого дома. – Он протянул руку по направлению к Билли Ли и Патриции. – Сенатор Ли, подойдите сюда и произнесите речь!
В эту ночь Билли Ли и Патриция притащили свой матрас из трейлера в новый дом, проволокли его по лестнице и уложили в хозяйской спальне. Билли распахнул все окна, чтобы впустить в дом ночную прохладу, и они уснули друг у друга в объятиях.
Билли встал как раз в тот момент, когда солнце поднялось из-за дома над полями и лесами, и хотя он больше не был фермером, каким был его отец, он почувствовал, что вернулся к земле.
Он на цыпочках спустился по лестнице, подошел к трейлеру и там, порывшись в небольшом столе, нашел семейную Библию. Раскрыл ее на том листе, где находился сводный список всего их рода и водил по нему пальцем до того самого места, где была сделана запись о его браке с Патрицией, а дальше шло пустое место, оставленное для имени будущего ребенка.
Он вернулся в дом, прошел в свой новый кабинет и осторожно положил Библию на ореховую каминную доску. Затем он поднялся по лестнице, влез в постель, где спала его жена, и вскоре снова погрузился в сон.
Книга третья
Такер Уоттс
Глава 1
День «бабьего лета» сменился прохладным вечером ранней осени 1962 года в штате Новая Англия. И когда солнце погружалось в море, небольшая группа людей придвинулась поближе к костру из выброшенного на берег топляка, который был разложен на пляже Гэй-Хед, остров Мартаз-Вайнярд. Женщины стали готовить моллюсков на пару, мужчины, как обычно, заговорили о политике.
– Ладно, – проговорил один из них. – Не будем углубляться. Допустим, что он, действительно, решил избавиться от Линдона. Кого мы хотим, и почему?
– Вы хотите спросить, кого он хочет, не так ли?
– Нет, я не оговорился. Он обязательно задаст нам этот вопрос, и мы должны быть готовы к ответу.
– Южанина или человека с Запада, – произнес кто-то.
– Но обязательно либерала, – уточнил другой.
– А разве на Западе или Юге бывают такие?
– Ну, тогда, относительно.
– Ага.
Несколько минут шел обмен мнениями и жонглирование именами.
– Эти имена я слышал еще до съезда, еще до Линдона, – проговорил старший из тех, тот, кто задал вопрос первым. – Есть у нас кто-то новенький, свеженький, кого мы пока не принимали в расчет? Неужели нам не хватает воображения для решения задачи?