— Чего с ним? — спросил один из двух защитников, посмотрев на меня.
— А я знаю? — почти искренне спросил я в ответ. — Шел на меня, поскользнулся, упал, лежит.
— Странно, — ответил он и наклонился к быку, потрепав того за плечо. — Вставай, мужик.
Но тот, как я и думал, не ответил ничего и не послушался. После этого помощники перевернули его и отшатнулись, увидев, как в пузе быка торчит его же нож, а вокруг уже все в крови.
— Беда, — прошептал я. — Может скорую?
— Можно, конечно, попробовать, — ответил все тот же смелый дядька, смотря на пострадавшего. — Да только вряд ли поможет. Вон, доходит уже. Тут скорей труповозку пора.
У быка и правда как-то не особо шли дела— на губах выступила пена, ноги стали особо странно подергиваться, прошло еще несколько секунд, и он затих.
— Ну вот и все, — с каким-то удовлетворением произнес тот, кто ранее говорил про труповозку, потрогав пульс у зарезавшегося. — Теперь точно труп.
Второй добровольный помощник кивнул и, достав телефон, стал куда-то звонить.
Спустя пару минут все зеваки разошлись, остались только те двое, решившиеся за меня вступиться и представившиеся Русланом и Антоном.
Через десять минут к нам подъехала сначала скорая, из которой вышли трое медиков, которые лишь констатировали смерть и стали оформлять случившееся. Следом приехал обычный полицейский УАЗик, из которого вышел довольно полный майор.
— Майор Дубинский, что тут произошло? — спросил он, подходя к нам.
— Труп, — банально ответил я, указывая на тело.
— Угу, угу, — покивал полицейский. — А зачем его вы убили?
— Майор, ну не надо, — вздохнул я. — Он сам упал и на нож напоролся.
— А свидетели? Свидетели-то есть?
— Есть, — вышел вперед Руслан. — Я и Антон. Да и еще если нужно поищем, они не стали оставаться, но, если надо, то быстро назад позовем.
— Понятно, — даже немного вздохнул полицейский. — Тогда давайте оформляться.
Судя по всему, уже думал, что палку себе срубит, быстро раскрыв убийство, навесив вину на меня, но увы, не получится, так как это банальный несчастный случай. А правду я, конечно же, рассказывать не собирался.
Следующие полчаса он меня опрашивал по сложившейся ситуации, заполнил несколько бумаг, да позвонил в труповозку, вызывая ее сюда. Когда мент собрался уже уезжать, внезапно к нам подкатил здоровенный джип, прям копия того, что стоял рядом и из него вышли двое мужчин, третий остался за рулем.
— Что тут произошло? — зычным голосом спросил тучный мужчина, подойдя к нам.
К нему тут же подбежал майор и, отдав честь, начал докладывать.
— Кто это? — шепотом спросил я у Руслана.
— Степан Кондратьевич, — также шепотом ответил тот. — Глава нашего района.
— О как. А он постоянно выезжает на трупы? Необычно как-то, — был малость озадачен я. — Ведь это, судя по всему, довольно привычно в мире, где постоянно какая-нибудь хрень появляется.
— Да пес его знает, — пожал он плечами. — Я, знаешь ли, не часто вижу, как люди на ножи падают. Но так-то ты прав, ему не по чину на такое ездить
Между тем, второй вышедший человек, одетый в дорого выглядевший костюм, что-то начал тихо спрашивать у майора, а тот, посмотрев на главу и увидев от него кивок, принялся отвечать. Через пару минут беседы, «костюм» направился ко мне, а следом пошел глава с ментом.
— Как это произошло? — обратился мужчина ко мне.
О, а я узнал голос. Это тот мужик, который ехал в машине и утихомирил быка!
— Вам же рассказали, — пожал я плечами.
— Я хотел бы еще раз послушать, — с нажимом сказал тот.
Была возможность, конечно, побузить, да повозмущаться, но ладно, в другой раз.
— Твой водитель приехал выяснять отношения, напал на меня, получил по яйцам, разозлился, достал нож, пошел на меня, споткнулся упал на свой нож и умер. Все, на этом наше выяснение отношений закончилось.
— Странно, он ведь с этим ножом очень хорошо обращался, был профессионалом.
— Угу, только слишком вспыльчивым был. Терпимей нужно быть к людям, знаете ли. А то злость глаза застила, вот и совершил ошибку.
— Не знаю, не знаю, — ответил он, подозрительно смотря на меня.
— Уважаемый, ну что вы на меня так смотрите? — удивленно спросил я.- Вам же рассказали, что произошло. Свидетелей тоже полно, какие ко мне претензии? Тем более у гражданского лица. Вон, товарищ майор и тот ко мне вопросов больше не имеет.
Несколько секунд подумав, тот кивнул, будто приняв какое-то решение.
— Ладно, хорошо, — сказал он, а потом повернулся к главе. — Степан Кондратьевич, ну, думаю, мое предложение мы, в принципе, уже обсудили, да?