— Ешь, пей, восстанавливай силы и жди меня.
— Понял, Максим, — кивнул он, снова переходя на именование меня как положено и беря припасы.
Выйдя из дома, я дошел до дома соседки.
— Что с тобой? — удивилась она, посмотрев на мое плечо, на котором сквозь футболку снова проступило немного крови.
Блин, совсем забыл, надо было получше забинтовать.
— Порезался, — ответил я и сразу попробовал замять тему. — Петровна, у меня к вам вопрос есть. Позволите пройти?
— Проходи, — кивнула она и пошла в кухню.
— Ну, чего хотел? — спросила она, когда мы сели за стол с чаем и сушками.
— Петровна, подскажи, сколько может стоить заточка лопат, ножов, топоров и так далее?
— Не поняла, а тебе зачем?
— Да бизнес хочу организовать, — честно признался я. — Деньги ведь нужно где-то брать.
— Это ты зря, — покачала она головой. — Ну, в плане денег ты, конечно же, прав. Только метод их добычи довольно странный… Кто ж за заточку платит деньги? Сами люди у нас все и точат, благо не велика наука, точильный станок не дорого стоит, а если что, то можно и обычным точильным камнем обойтись.
— Понимаю, — кивнул я. — Но, открою Вам секрет, я помимо заточки планирую укреплять заточенные инструменты, чтобы они после этого никогда не тупились.
— Как это? — удивилась она.
— Я обнаружил в себе магию, — выдал я обдуманную ранее легенду. — Вот, упал, случайно как-то наткнулся на свой нож, а он возьми и стань твердым. — После этого я передал ей свой перочинный ножик.
— И чего это? — удивилась бабка.
— Попробуйте согнуть лезвие, — подсказал я.
Бабуля кивнула, сначала попробовала руками, после неудачи хмыкнула, подошла к печке, наклонилась и взяла два кирпича, которые с непонятной целью лежали рядом. Далее положила их друг рядом с другом, оставив между ними расстояние в несколько сантиметров и положила сверху нож, чтобы лезвие как раз находилась в промежутке.
— Уверен? — спросила бабуля на всякий случай. — Сломаю ведь.
— Ну и ладно, — пожал я плечами. — Не велика потеря.
Петровна кивнула и, взяв со стола один из своих здоровенных ножей, размахнувшись, рубанула по моему ножичку. Раздался металлический лязг, нож соскочил с кирпичей, а режик Петровны врезался в деревянный пол, оставив на нем глубокую зарубку. Бабка подняла свой тесак и посмотрела на него.
— Вот же…— удивилась она, протянув мне свое орудие убийства, на котором я увидел глубокую вмятину. — Теперь менять придется.
Далее она подняла мой упавший перочинный ножик.
— Ни следа, — удивленно сказала она, осмотрев лезвие со всех сторон и посмотрев на изгиб.
— А я что говорил, — пожал плечами, стараясь не показывать волнение. Все же не до конца был уверен, если честно.
— И ты это магически сделал? — заинтересовалась Петровна.
— Практически. Еще кое-какие физические действия произвел, до которых дошел случайно. Но, сами понимаете, секретами делиться не хочется. Да и вряд ли кто-то кроме меня это сможет повторить
— Понятно. Что хочешь за свои услуги?
— Для этого к вам и пришел, проконсультироваться, насколько востребовано это будет?
— Ну, думаю спрос будет, — кивнула она. — Не в плане заточки, тут ничего особо сложного. А в плане усилений.
— То есть не заморачиваться с заточкой? Просто брать и усиливать то, что принесут?
— Конечно.
— А по ценам?
— Ну не знаю, милок, думай сам, я тут не помощница тебе.
— Ну ладно, спасибо, сам подумаю. Кстати, Петровна, а давайте Вам ваши ножи усилю?
— Ой, да не надо, тем более мне все равно теперь нужно один из них менять. Видишь, как повредился?
— Да я бесплатно, не переживайте. Считайте, что в качестве рекламы. А этот нож поврежденный можно ведь просто как следует заточить заново. Ну будет выщерблинка, ничего страшного.
— Да качество ножа уже будет не то, вдруг лопнет в процессе использования… Хотя. Если он будут настолько крепкий, как твой… А давай! Пойдем в сарай, там точильный станок у меня.
Мы вышли из дома, да прошли в сарай, где Петровна довольно споро, с помощью плоскогубцев, молотка и какой-то матери восстановила свой поврежденный нож, а затем здесь же за несколько минут заточила оба до чуть ли не бритвенной остроты.
— Вот, держи, — передала она мне режики.
— Спасибо, — кивнул я. — Ну я пойду, укреплю и приду. Хорошо?
— Ага, иди, милок, иди.
Я боялся, что бабуля решит пойти со мной, но нет, отпустила меня, позволив хранить свои секреты, либо просто лень было топать в мою сторону.
Вернувшись домой, я спустился в подпол и снова стал разрисовывать принесенное оружие гадостью из блюдечка. Правда, раствора не хватило, пришлось второй раз говорить Первому налить посуду до краев. В этот раз прошло не так кроваво и сумели обойтись «малой кровью». Ну а потом все той же зажигалкой начал обжигать ножи. Блин, а вот с этим пришлось повозиться. Одно дело — обжечь перочинный ножик, а другое — вот так вот эти мачете обжигать. Но ничего, за полчаса я справился, правда в конце обжига зажигалка уже кончилась, но все получилось. Сразу же опробовал на лежащим тут кирпиче, расколошматив его несколькими ударами и не увидел на ножах ни следа. Отлично!