Я ничего не ответил на это и просто стал смотреть на мужика, а он на меня. Пару минут мы так переглядывались.
— Ну что, писать-то будешь? — снова первым не выдержал собеседник.
— Даже вступать в полемику не планирую, — просто пожал я плечами. — Мне не в чем признаваться, так как ничего из сказанного не является правдой. Так что, или отпускайте меня, или давайте доказательства моей вины.
— Упертый, значит, — кивнул он каким-то своим мыслям. — Ну посиди, подумай. Дежурный!
Вошел приведший меня сюда мужик, поднял и проводил в камеру. Ну что же, продолжим спать…
— Завтрак! — разбудил меня голос. Черт, опять…
Быстро поев уже начавшими надоедать сэндвичами, я снова улегся на кровать. Да ну их в баню, я спать буду, ведь все равно заняться нечем.
— Обед! — проснулся и поел. Ну теперь просто сидим, тупим в потолок, ибо выспался, а ничего интересного за это время в камере не появилось…
— Ужин! — и снова поели, а теперь можно и поспать. Мда, очень весело проходят дни…
— Подъем! — снова голос разбудил.
— Да чтоб ты обосрался, скотина, — буркнул я, вставая. — Чего надо?
— Тебя вызывают! Поднимайся! — а тут уже новый полицейский, не тот, что ранее будил. Видимо, у прошлого дежурство кончилось.
— А времени сколько?
— А ты угадай, — широко улыбнулся мужик, судя по всему, бывший в курсе моего вчерашнего недовольства.
— Три? Да вы издеваетесь?
— Ага, три, — подтвердил он мое предположение. — Не, не издеваемся. Как сказали — так и доставляю тебя. Давай руки пристегну, да пошли.
Не став дальше ничего говорить, так как не видел смысла, я подал ему руки и через несколько минут он привел меня в тот же кабинет, что и в прошлый раз. Даже мужик за столом сидел тот же самый.
— Доброй ночи, — в этот раз первым поприветствовал я его.
— Доброй ночи, Максим, — кивнул он мне. — Присаживайся.
— Что хотели? Снова днем нет времени побеседовать?
— Да, типа того. Ну что, давай не будем долго обсуждать, ты просто признайся и поедешь отдыхать на несколько лет.
Он снова подал мне белый лист и ручку, но я к ним даже притрагиваться не собирался.
— Не, спасибо, обойдусь. Что-нибудь новое хотите мне сказать?
— Чего ты добиваешься, Максим? — вздохнув, спросил полковник.
— Вообще сейчас не понял, — честно ответил я. — Это вы тут от меня чего-то хотите.
— Ты ведь все равно сядешь, поверь мне. Я тебе твои прегрешения уже рассказал, дело уже оформляется, так что, чем дольше ты молчишь — тем хуже для тебя.
В ответ на это я лишь хмыкнул.
— Зря ты так скептически относишься, — покачал он головой. — Реально ведь можешь сесть на много лет. Давай так, ты пишешь только про связь с демоном, не указывая то, что убивал с помощью него людей, а я прощаю тебе твои остальные проступки. Давай бери лист, пиши, да иди спи.
Он снова подал мне ручку с бумагой, но я снова посмотрел на него как на идиота и не стал ничего делать
— Ясно. Дежурный! В камеру его!
И снова меня повели спать… Что за херня тут происходит я так и не понял, потому просто лег досыпать.
— Завтрак! — в очередной раз подняли меня. Ну что же, привет, третий день.
День был похож на два предыдущих, даже «меню» аналогичное. Теперь я уже не был так спокоен за свою фигуру, ведь фастфуд толстит. День прошел стандартно, я то спал, то пялился в побеленный потолок. Скука, скука… Иногда вялые переговоры с охраной, получение еды и снова скука… А вот и ночь, и снова можно спать ложиться. Боже, как меня уже достали…
— Подъем! — уже совсем прям стандартно меня разбудили ночью. Ох, гребаное дежавю.
— Три часа? — спросил я, поднимаясь.
— Не, два.
О, за дверью был мужик, кто в первый день меня будил. Снова сменился, судя по всему. Так себе работенка, сутки через сутки работать.
— Два часа? — удивился я. — Это что-то новое.
— Собирай свои вещи, тебя переводят.
— Издеваешься? Да у меня вещей только то, что на мне.
— Ага, я знаю, — улыбнулся этот скучающий в обычное время мужик. Ну точно издевается, гад.
— А чего ночью-то переводят? И куда? — заинтересовался я.
— Много будешь знать — быстро состаришься и умрешь. Руки давай.
Подав руки и дождавшись, пока защелкнутся наручники, меня повели куда-то. О, а этим путем еще не выводили. Через второй какой-то выход, на задний двор, где стояла полицейская буханка, рядом с которой стоял тот самый подполковник, который меня до этого две ночи допрашивал.
— Признание писать не буду, — сразу ответил я ему.