Льстивая похвала старика ничуть не смутила, он попросту ничего не слышал, на ходу закатывая рукава и без разбега ныряя в металлическое нутро самолета.
– Каков принцип действия? – с умным видом поинтересовалась я, лишь бы убить образовавшееся свободное время.
– Чего? – непонимающе захлопала длиннющими ресницами девица.
– Как он летает? – переформулировала я вопрос, предельно упростив его.
– Обыкновенно, крыльями машет, и все, – как само собой разумеющееся сообщила удивленная Ванилла.
– Махолет?! – ошалела я. – Как он держится в воздухе?
– Очень легкий, – отозвался алхимик, на секунду оторвавшись от вдумчивого созерцания ржавых шестеренок.
– Из алюминия? – не поверила я в совершенство техники, заброшенной в этой провинциальной дыре. – Его же производят электромагнитным способом!
– Точнее? – глаза ученого разгорелись ярче звезд первой величины.
Я, устрашенная перспективой читать лекции по общей физике, начиная с намагничивания куска янтаря, которым древний человек яростно чесал зверски покусанную паразитами кожу головы, честно ответила:
– Не знаю толком, я ж не инженер. И в ремонтно-восстановительных работах от меня толку мало: я, когда водила отцовскую машину, под капот никогда не совалась!
– Помогите мне! – пропыхтел магистр, пытаясь оттащить в сторону какой-то покореженный металлолом.
Тут же несколько пар рук устремились на выручку.
Через некоторое время выяснилось, что реально отреставрировать можно пару-тройку самолетов, причем придется остальные разобрать на запчасти.
– Инструменты нужны, – потребовал Атт, тщательно вытирая руки ветошью, как заправский автолюбитель.
– Не проблема, – отмахнулась Ванилла.
– Тогда, думаю, через недельку… – подсчитал мысленно ученый, оказавшийся по совместительству механиком.
– Через неделю?! – возмущено завопила Изабельда. – Мы зачем сюда приперлись – гайки крутить? Быстренько забираем топливо для каминов и уматываем!
– Ты вспомни, сколько времени мы сюда добирались! – урезонивал вспыльчивую блондинку трезвомыслящий паж Жан.
– А обратно нас довезут с ветерком! – подхватил прозрачную мысль друга оруженосец Ганс.
– На этом? – ужаснулась Диана. – Ни за что не полечу!
– Приятно осознавать, – с удовлетворением констатировала я, – что и у железной леди есть тщательно скрываемые от окружающих фобии и комплексы!
– В общем, дело к вечеру, – прервал разгоревшуюся дискуссию Гаврила, – пора отправляться на ночлег, а утречком…
– Никуда вы не пойдете! – набычилась упрямая дочь кузнеца. – И помните, кругом непроходимая трясина!
– Нам предстоит загнуться с голодухи? – обиделся задетый за живое Беда Достопочтенный, грубо вырванный из романтических грез насущной материальной потребностью.
– Зачем же? – ухмыльнулась тюремщица. – Я привезу.
– Можно с тобой? – вызвалась я.
– Не сбежишь? – смерила меня подозрительным взглядом с ног до головы дочь молотобойца.
– Куда там! – отмахнулась я. – Разве я брошу соратников на произвол судьбы? И вообще, одна ты много не дотащишь!
– Я и не собираюсь баулы на своем горбу волочь, – скрестила руки на груди Ванилька. – Впрочем, ладно. Дракон легко поднимет двоих человек и груз.
– Так мы полетим? – обрадовалась я и запрыгала, как младенец, впервые попавший в зоопарк.
Не тратя слов попусту, металлистка ловко взобралась по крылу на сиденье. Пожиравший летчицу восторженным взглядом поэт хрипло прошептал:
– Неземное видение! Небесное создание!
– Вот тут ты прав, – одобрила я его литературные эпитеты, – средневековая авиаторша – спасайся, кто может! Гений, понимаешь, чистой красоты.
Я вскарабкалась в кабину и шлепнулась на лавку позади Ваниллы. Больше всего вид изнутри напоминал обыкновенную лодку, если бы не рычаги управления.
Никакими шлемами и парашютами бесшабашная летчица-космонавтка не обзавелась, поэтому я решилась на испытательный полет не без внутренней дрожи – а ну как сверзимся на головы ничего не подозревающих крестьян?