– Плохое настроение, – понимающе кивнул ученик герольда и, твердо вознамерившись любым способом его повысить, протянул мне массивную золотую цепь с варварски великолепным кулоном в виде цветка, сердцевину которого составлял крупный сапфир, а вокруг теснились бриллианты.
– Шею оттянет запросто, – улыбнулась я сквозь слезы, – или сломает, что не исключено…
– От подарка нельзя отказываться, – строго внушал мне приятель, надевая украшение на выбранную жертву.
Будущий герольд отошел на пару шагов, чтобы полюбоваться своим подарком, и, видимо, удовлетворившись увиденным, без всякого предисловия выпалил:
– Елена, выходи за меня замуж!
Растерявшись, я лихорадочно начала подыскивать достойные отговорки:
– Я старше тебя!
– На полгода всего! – фыркнул упорный Габриэль, не сочтя аргумент стоящим внимания.
– У меня титула нет, – попыталась я воззвать к честолюбию парня, – и приданого, кстати, тоже.
– Ерунда, – отмел возражения молодой человек, – я получил хорошее наследство от бабушки.
– Так я тебе бабушку напоминаю? – прицепилась я к словам.
Не обращая внимания на истерику взбалмошной женщины, сватающийся парень пригрозил:
– Учти, если откажешь, пойду к твоему отцу и мы подпишем брачный контракт без твоего согласия!
– Фигушки! – я даже не удивилась наглому заявлению.
– Ты сирота? – опечалился новому повороту парень.
– Надеюсь, нет, – испугалась я.
– Значит, никуда не денешься, – лучезарно улыбнулся ученик герольда.
– Гаврила, хоть подумать-то разрешишь? – жалобно попыталась я выторговать немного времени. Вдруг срочно захотелось погулять на свободе еще немного.
– Хорошо, – вновь ослепительно сверкнул зубами Габриэль, – завтра в это же время ты согласишься отдать мне руку и сердце.
– Расчлененкой интересуетесь? – ехидно бросила я в удаляющуюся каменную спину.
Поганец даже не обернулся. С досады я изо всех сил пнула ни в чем не повинную табуретку и, взвыв, заскакала на одной ноге, потирая отбитые пальцы.
– Вот он, мужской шовинизм во всей красе! – в голос рыдала я, раздираемая противоречивыми чувствами, – и это один из лучших представителей сильного пола! Ни тени сомнения, что я с визгом, размазывая сопли радости, кинусь на шею благодетелю, соизволившему снисходительно обратить на меня внимание! И ни звука о нежных чувствах, сплошной прагматизм!
Мне, обуреваемой эмоциями, дико хотелось поплакаться на плече у близкого человека. Изабельда на эту почетную роль никак не годилась: ей, счастливой невесте, мгновенно запала бы в душу соблазнительная идея организовать двойную шумную свадьбу. Диане было недосуг – она с утра соревновалась с Гансом и Жаном в метании ножиков на заднем дворе. Ванилла упорхала на драконе по делам – не может летчица без неба. Итак, вопрос на засыпку: куда же я пошла? Может, к алхимику? В самую точку!
Вернувшись в родную лабораторию, магистр, обогащенный новым опытом, с головой погрузился в очередные научные изыскания, из подвала выходил редко, зато часто забывал пообедать, поэтому искренне обрадовался не столько мне, сколько подносу с теснящимися блюдами и закономерному кувшинчику вина.
Алкоголь заметно повысил мое упавшее до абсолютного нуля настроение, и я с удовольствием выслушивала захватывающее сообщение Атта о текущих научных делах.
– Смотри, вот в этой колбе вырос та-акой кристалл! – суетился алхимик.
Я, стремясь разглядеть содержимое стеклянного пузырька разбегающимися глазками, начала пробираться поближе. В жутко захламленной каморке мне попалось что-то под ноги, и я полетела головой вперед, врезавшись многострадальным лбом в старинное потускневшее зеркало…
Эпилог
Бедная моя головушка! Кажется, мозги пропустили через мясорубку и образовавшимся фаршем снова начинили черепную коробку… Темно-то как! Бросили тяжелораненую в одиночестве, непонятно где…
Держась за гладкую стеночку, я осторожно поднялась на ноги.
– Ау, есть кто живой? – громко завопила я, обходя совершенно пустое помещение по периметру.