– Возвращайся! – напутствовала я.
– Только сначала всё разведай! – крикнула вслед новоявленной кузине Белла.
Я нервно отхлебнула из наполненного до краёв ведра, оставленного неподалёку, и резонно предложила белобрысой подруге:
– Двигаем на стену, проследим за обстановкой, в крайнем случае, отвлечём внимание на себя.
Удивительно, но Изабельда не стала спорить, а послушно потянулась за мной.
Мы вскарабкались на крепостную стену в сопровождении вездесущего Сорти, тащившегося в обнимку с большим кувшином. Освежившись парой глотков прохладного вина, я пристально воззрилась на неприятельский лагерь, тщательно фокусируя расползающееся изображение и в очередной раз сожалея об отсутствии мощных оптических приборов.
– Что за парад-алле устроили эти джигиты? – поразилась я, разглядев наконец всадников, демонстрирующих всем желающим чудеса циркового искусства.
– Интересно, – протянула, блестя глазками, уже слегка окосевшая Гюрзенкранц, – какие мужчины!
– Закусывать надо! – справедливо осудила я, впрочем, наличие убогого мужа всё-таки оправдывало закономерный интерес блондинки к представителям противоположного пола.
Сорти, мгновенно среагировав на моё критическое замечание, хлопнул себя по лбу и, сосредоточенно порывшись в глубоком кармане, выволок оттуда сморщенное, я бы даже сказала, мумифицированное яблоко и торжественно протянул его хозяйке, стряхнув предварительно налипшие соринки.
– А мне сухофрукт? – алчно прищурилась я.
Сорти неохотно полез в карман, но, видимо, вспомнив, что у меня есть ещё шанс в недалёком будущем стать его госпожой, зашевелился быстрее и добыл из недр своей одежды ещё один скукоженный старческий плод.
Жуя морщинистую кожуру, я ткнула пальцем вдаль и обрадовано вскрикнула:
– А вот и клоун! Представление продолжается, господа зрители!
Низкорослый толстобрюхий мужичонка красочностью и блеском наряда действительно напоминал ковёрного, сходство усилилось, когда проскакавший мимо на коне черноволосый ковбой нечаянно задел разинувшего рот жирного и тот, не удержавшись на ногах, рухнул в придорожную пыль.
– Вот придурок! – презрительно фыркнула Изабельда, наблюдая, как толстяк, с трудом поднявшись, потрясает кулаками вслед мгновенно слинявшему обидчику.
– Ещё по маленькой? – деловито предложила я, с трудом дожевав прошлогоднее яблоко.
Белобрысая подруга не стала ломаться, видно, тоже предпочитала забродивший ягодный сок свежему супчику из серошкурого грызуна, уже наверняка сварганенному изобретательным кухонным работником.
Получив милостивое дозволение, вышколенный эконом тоже с удовольствием остограммился и, заметно повеселев, внимательно обозрел окрестности.
– Ой, держите меня! – он вдруг захихикал, схватившись за живот и согнувшись пополам. – Как смешно!
Я невольно глянула в ту сторону, куда слуга упорно тыкал трясущимся пальцем, и увидела около реки множество чёрных человечков, шустро суетящихся, как муравьи возле гусеницы.
– На букашек похожи! – верещал окосевший эконом, вытирая выступившие слёзы.
Пока он заливался хохотом, пришельцы закончили свою возню у воды и бегом рванули в свой лагерь.
– Чего это они? – недоумённо захлопала ресницами Белла.
Я, не сомневаясь в том, что враги устроили очередную пакость, уже собралась было объяснить подруге – любая их деятельность явно нам не на пользу пойдёт – но не успела.
Раздался оглушительный звук, затем землю основательно тряхануло. Мы чудом не рухнули со стены вниз. Белла, поднявшись с колен, в недоумении отряхивала платье и допытывалась:
– Что это было?
Сожалеющим взглядом окинув черепки бывшего кувшина, валяющиеся посреди золотистой лужи, Сорти буркнул:
– Кажется, землетрясение.
Я категорично возразила:
– Фигушки вам! Это самый настоящий взрыв! Балуются, пиротехники заморские! Китаезы порох наверняка уже изобрели!
– Ничего себе! – присвистнул местный завхоз, хлопая глазами на вздыбившийся земляной холм, разом перегородивший речку.
– Зачем это всё? – недоумевала я.