– Ой, не советую! – искренне предостерегла я. – Я ж тебе, любезный, все ценные сервизы переколочу!
Я, конечно, вовсе не горела жгучим желанием общаться с тучным одышливым пенсионером, однако продолжала заговаривать ему редкие гнилые зубы, при этом пытаясь незаметно развязать стянувшую запястья верёвку и просчитывая варианты поспешного бегства. Кроме того, брезжила слабая надежда, что явится нагулявшийся Тушканчик (хотя у меня до сих пор не было шанса выяснить, знаком ли пёс, хотя бы приблизительно, с командой «фас», я надеялась, что зверь самостоятельно догадается защитить меня от обидчиков).
Так, балагуря, я потихоньку усыпила зоркое внимание степняков и, улучив момент, сиганула в сторону и понеслась сквозь заросли высоченной травы не разбирая дороги. Опешив в первый момент, враги не сразу бросились вдогонку, кроме того, короткие кривоватые ноги, приспособленные к езде верхом на лошади, никак не способствовали быстроте пешего передвижения по земле, так что я имела некоторое тактическое преимущество, несмотря на обездвиженные верхние конечности.
Промчавшись сквозь зелёные насаждения шумно, как лось, и на приличной скорости, я вылетела на дорогу, которая, помнится, упиралась в лесной массив, и почесала прямиком по накатанной колее. Только далеко мне сбежать не удалось: меня настиг топот конских копыт, и всадник, налетевший вихрем, подхватил меня поперёк туловища и, резко подняв (аж голова закружилась!) посадил боком на лошадиную спину. Я, не ожидавшая такой резвой прыти от обстрелявшего меня толстяка, оглянулась и… увидела русоволосого богатыря, который намедни заглянул на огонёк в замок Оберона.
– Привет! – обрадовалась я старому знакомому, прикидывая, что, если и он надумает ко мне свататься, я буду сопротивляться не особенно долго.
Лапотник, явно не обученный хорошим манерам, в ответ только хмыкнул. Я, конечно, понимаю – время и место для светской беседы выбрала не очень удачно, однако мог бы проявить хоть какой-нибудь интерес! «Может, он всё-таки глухонемой?» – предположила я, пытаясь оправдать голубоглазого гиганта и силясь вспомнить, раскрывал ли он рот на позавчерашней аудиенции.
Пока я мысленно сортировала догадки, могучий конь, твёрдый хребет которого доставил мне некоторые неудобства, притащил своих седоков в воинский лагерь. Я искренне радовалась, что мне не завязали глаза, и с нескрываемым любопытством озиралась: всё выглядело совершенно иначе, чем сверху, с крепостной стены. Оттуда палатки казались тряпично-игрушечными и нарядными, а вблизи стало беспощадно-очевидно: временные жилища испещрены дырами и заплатками, повсюду воняет конским потом, навозом и старыми шкурами, к тому же, пёстро одетые воины-степняки бренчали оружием и шумели, как пьяные туристы на привале. Понятно, почему: внезапное появление такой эффектной особы, как я, не могло остаться незамеченным, и грубые мужики бурно выражали свои незамысловатые эмоции.
Ссадив меня со скакуна, мой сопровождающий, возвышающийся над окружившими нас желтокожими воинами на целую голову, развязал наконец мои многострадальные затекшие ручки и толкнул меня внутрь самого большого и замысловато изукрашенного шатра.
Оказавшись в загадочном полумраке комнатки, устланной коврами и пропитанной назойливо-приторными ароматами восточных благовоний, я с любопытством рассматривала предметы нехитрого быта кочевников. Несколько нервировало молчаливое присутствие маячившего за моей спиной русича, а вообще обстановка располагала к приятному отдыху, меня так и тянуло прилечь на ворсистый палас, накрыться с головой одеялом и отключить будильник.
Мои сладостные мечты прервал персонаж, возникший из-за занавески, отгородившей часть большой палатки. Из тёмного угла выбрался, на ходу поправляя шапку, невысокий стройный человек. Судя по голосу, он был достаточно молод.
– Пленница? – вопросил юный хозяин шатра, по-видимому, большой начальник, обращаясь напрямую к русобородому могучему бойцу и напрочь игнорируя меня как личность.
Охранник молча почтительно кивнул, усиливая мои подозрения в его немоте, а я решила до поры до времени не усугублять своё и без того незавидное положение.
– Ты кто? – наконец обратил на меня своё пристальное внимание молодой человек, почти мой ровесник.
Я, мгновенно забыв о данном себе обещании, завелась:
– Что за идиотские вопросы?! Сначала накорми, напои, в ба… пардон, это, пожалуй, лишнее… а уж потом интересуйся! Да, ещё переодеться в сухое не мешало б во избежание пневмонии, а потом принять стакан кофе с коньяком и вздремнуть минуточек шестьсот…