– Не надо было её беспокоить, – упорно спорила другая, – дрыхла себе, никого не трогала…
– А время идёт! – пищала оппонентка.
– Оно такое! – подтвердила я.
– Мы куда-то опаздываем? – удивилась флегматично собеседница.
– Так ведь скучно же, – привела аргумент первая.
– Ещё вас развлекать! – тяжко вздохнула я, окончательно придя в себя. – Вчера язык бантиком завязался! Кстати, привет, подружки! Какими судьбами?
Сидевшие возле меня Диана и Белла вяло переругивались и подкарауливали неизбежный момент моего окончательного пробуждения. Делать нечего – я сладко потянулась и приподнялась на локте.
– Ничего не понимаю! – честно призналась я.
Видите ли, проснулась я совсем не там, где отрубилась – этот шатёр был менее роскошным, но, пожалуй, более уютным. Кроме того, здесь собрались все без вести пропавшие. Может, я на том свете? (Не осмеливаюсь сказать «в раю», так как ворчунью-блондинку и разбойницу-рыжеволоску вряд ли пустят за ворота небесной обители. Насчёт собак я тоже сомневалась, да и по поводу своей скромной персоны была не в курсе…)
Не сумев разорвать рот в мощном зевке, я поинтересовалась:
– Водичка есть?
Девчонки тут же организовали чай. Я вздохнула:
– Вообще-то я имела в виду утреннее ополаскивание.
– Утреннее? – фыркнула вредная Гюрзенкранц. – Полдень уже!
– Неужто? – неподдельно изумилась я и снисходительно смилостивилась: – Ладно, давайте почаёвничаем.
Вонзив челюсти в гигантскую порцию чего-то липкого и тошнотворно-сладкого, я прошамкала:
– Есть тут еда менее приторная? Того и гляди, растолстею.
– Наши хозяева считают, что женщина должна быть упитанной, – наставительно заявила Диана.
– Да ну? – округлила я глазки. – Странные у них представления о красоте! А ты, собственно, как об этом пронюхала? – ехидно прищурилась я.
Рыжая слегка смутилась. Даже в полумраке шатра был заметен румянец, предательски проступивший на её скулах.
– Я давно тут ошиваюсь…
– Расскажи, как здесь очутилась, – подбодрила я.
Подруга задумалась, потом поведала свою незамысловатую историю:
– Иду я, значит, по подземному ходу, никого не трогаю, а тут как тряхнёт! Камушки сверху посыпались, один меня в лоб ударил. Я испугалась и бросилась вперёд. Помню, как выбралась из дыры на опушке леса, а далее – всё, сознание потеряла.
– А ты, Белла? – прицельно стрельнула я глазами.
Решив на этот раз обойтись без скандала, Изабельда поведала о себе в третьем лице:
– Только моя светлость собралась лечь спать, как он на подоконнике появился.
– По стене, что ли, влез? – встряла я.
– Нет, прилетел, – обыденным тоном сообщила блондинка и снисходительно ответила на мой немой вопрос: – У них тут специальные одежды есть, из шерсти летучих мышей – надел, помахал рукавами, и в воздухе.
– Халат-самолёт? – удивилась я. – Помнится, летучие мыши – лысые создания, для лучшей обтекаемости… – заметив недовольство госпожи Гюрзенкранц, я торопливо предложила: – Продолжай, больше перебивать не буду.
– Так вот, – повествовала Белла, – бросился он на меня… Но я не сразу сдалась, – оправдывалась она поспешно, – побегала от него по комнате, только разве от такого здоровенного спасёшься?
– Это был Велимир? – внезапно осенило меня.
– Он, – несколько нервно, но счастливо улыбнулась Белка, чем вызвала ревнивый взгляд Дианы, тоже запавшей на высокого красавца, – схватил меня, прижал к сердцу, прыгнул за окно и упорхнул из замка.
– Похоже, голубоглазый русич пользуется популярностью у представительниц слабого пола, – слегка ревниво сделала я далеко идущий вывод. – А он, гад, является ближайшим приспешником молодого хана, выслуживается перед ним, пополняя гарем повелителя. Кстати, в лагере, кроме нас, имеются ещё женщины? – ненавязчиво поинтересовалась я.
– Кажется, да, – неуверенно ответила более наблюдательная Диана, – мелькали тут две или три, тихие, молчаливые, скользят неслышно, аки тени.
– Зато в этой палатке мы одни, – самодовольно сообщила Белла.