– Хотела увидеть, что там, с другой стороны, так вот же, гляди!
Несмотря на явное отсутствие морды и грудной половины, срез был возмутительно гладким, никакой крови и вываливающихся внутренностей, а филейная конская часть выглядела весьма живой, не подозревая о том, что ей положено валяться полутрупом. Доля секунды понадобилась стосковавшемуся по передним ногам хвостовому куску лошади, чтобы намертво прилипнуть к моей спине. Я услышала ржание смертельно напуганных четвероногих и сама дико закричала, внезапно увидев и ощутив: мои ноги загадочным образом превратились в лошадиные и обросли непарными копытами! Я рванулась в испуге вперед и, с трудом управляясь с четырьмя конечностями, покачнулась. Я зацепила плечом подвернувшегося под руку Марвелона. Неустойчивый мужик, естественно, упал под ноги, точнее, под копыта моим подружкам.
Мы, тройка свежеиспеченных кентаврих, окружили надоедливого бывшего рыцаря, свирепо скаля зубы и намереваясь запинать придурка насмерть. Диана легонько пихнула валяющегося недоумка, он послушно покатился по полу, звеня панцирем.
– Поиграем в футбол? – намекнула я.
Не успела я пробить штрафной, как снова раздался лихой разбойничий посвист, и в конюшню влетел юный всадник на вороном коне.
– Орра! – обрадовалась я и призывно замахала: – Присоединяйся!
Строптивый мальчонка не соизволил снизойти до игры, а скомандовал:
– Вперед! За мной!
Лягнув поверженного, скрюченного в позе эмбриона и прикрывшего лицо руками неприятеля пару раз для острастки, мы охотно вынеслись на простор вслед за юным предводителем. При этом пришлось смести с дороги робко толпившихся у дверей приспешников злопыхателя.
Они, конечно, стреляли в наши удаляющиеся спины, однако целились недостаточно тщательно – слуги разжалованного рыцаря не отличались особым рвением…
* * *
Ветер торжествующе пел в ушах, каждая клеточка вырвавшегося на волю тела звенела от счастья, душа воспаряла. Копыта так мощно отталкивали стремительно несущуюся землю, что казалось – вот-вот взлечу! Бок о бок со мной мчались новоявленные людо-кони – Диана и Белла – соответственно, рыжеватой (помнится, это называется «муругой») масти и белоснежная. Лошадей с баклажановым оттенком шкуры, как известно, природа не создала до сих пор, поэтому мне досталась гнедая задняя часть.
Мы вопили от захлестнувшего восторга и дико хохотали, изредка сбиваясь на звонкое ржание. Никогда еще меня так не переполняла брызжущая через край радость жизни!
Через час буйной скачки по ночной степи мы остановились передохнуть у небольшого озерца. Не представляла, что могу столько выпить! Целое ведро, наверное, вылакала. Затем, вытерев мокрые губы, моя рука машинально потянулась к ближайшему кудрявому кустику. Сунув листочек в рот, я меланхолично сжевала его.
– Ну, вы даете! – вытирая пот, натужно пропыхтел изможденный Орра. – Думал, никогда не догоню вас!
– Кстати, где ты шлялся, когда к нам приставал с неприличными предложениями этот проходимец? – наехала на парня Белла, грозно сдвинув брови.
– Прятался в засаде, – отмахнулся небрежно подросток. – Я знал, что вы в безопасности.
– А что ты имеешь сказать по вопросу нашей внезапной трансформации? – я гневно топнула задней левой.
– Ах, это… – слегка смутился Кулл. – Вам обещали четыре копыта каждой – вы их получили согласно прейскуранту, а бегаете вы резво, причем в нужном направлении…
– Мы так не договаривались! – озверела Диана. – Я представляла – нам лошадей дадут, а тут приходится самим топать!
Я нервно ржанула и поспешила растолковать остальным причину своего внезапного веселья:
– У нас теперь получается по шесть конечностей на сестру, то есть мы, наверное, превратились в насекомых?
Белла взмахнула белым хвостом:
– Проблема не в том, как нас именовать, а в том, как развоплощаться обратно будем…
– Это надолго? – строго зыркнула я, заранее опасаясь приговора.