– Наверняка в склепе есть ценности, – едва ли не впервые согласилась с ней рыжуха.
– Как бы достать? – напрягла я соображалку.
– Может, доспехи помогут? – благородно предложил свою кандидатуру Гаврила.
– Только хуже будет, – авторитетно отмела я бесперспективную идею, – про резонанс слыхал?
Необразованный Гаврила обиженно заткнулся.
– Надо сломать адскую машину, – совершенно логично рассудил кабинетный ученый.
– Я не Конан-разрушитель, – покачала я головой. – А бульдозера-то и нету, равно как и пары гранат.
– Да, каменные строения на кирпичики разобрать – это неделя нужна, – оценила объем предстоящих работ деловая блондинка, – и десяток крепких мужичков.
– Ты прям прораб, – восхитилась я, – планчик работ набросай на досуге.
– Попробуем деревья вырубить? – подкинул идею алхимик.
– Откроем сезон заготовки дров? – хмыкнула я.
– Давайте аллею подожжем! – озарило Диану.
– Сами сгорим в лесном пожаре, – предрекла Белла.
– Ни за что, – возразила хулиганка, – за высокую каменную ограду огонь не сможет перебраться.
– Заполыхает – будь здоров, – мечтательно прижмурился Гаврила, явно тоскуя по туристским кострам. – Три недели сушь стоит.
Итак, решено было запалить гигантский костерок. Все предусмотрительно убрались подальше от места предстоящей катастрофы, кроме Гаврилы, который по-мужски взял ответственность на себя. Он сгреб в кучку вялые листья и травинки, ловко высек искру, и уже через минуту веселые язычки пламени плясали на кладбище.
Тушканчик, не вынеся зрелища варварского истребления живой природы, с воем унесся прочь.
Полыхало знатно! Зарево было видно издалека, а жар ощущался на расстоянии десятка метров. К моему облегчению, огонь не вырвался за ограду, и к вечеру иссяк, пожрав всю предложенную ему пищу.
– Дело к ночи, – намекнула Белла.
Я, уловив ее мысль, распорядилась:
– Истрат, конечно, останется здесь. Думаю, действие этой чертовой арфы ослабело, но полностью уничтожить мы ее не могли. Диана и Беллой ждут у ворот, а мы с Габриэлем в склеп наведаемся.
– Я тоже хочу! – обиженно вякнула Диана.
– Вот ежели мы не вернемся, отправишься нас выручать, – дала я рыжей самое ответственное поручение.
Не прощаясь, я осторожно ступила на золу. Припекает, конечно, но пока терпимо. Промчавшись бегом (не обжечь бы пятки!) через все кладбище, мы с сопровождающим добрались до зловещего уголка. Теперь, когда высокие насаждения не скрывали рельеф местности, сиротливо торчащие поодиночке прокопченные насквозь причудливые строения производили отталкивающее впечатление. Обычно такие жутко-фантастические пейзажи в изобилии водятся в фильмах, живописующих последствия глобальной ядерной катастрофы.
– Где искомый склеп? – попыталась я сориентироваться на изменившейся местности.
– Вот он, – определил влет ученик герольда.
– Других вариантов нет, – вздохнула я. – Проведем разведку боем.
– Елена, надо идти, пока ветер стих, – поторопил меня Гаврила. – Бежать надо, нестись сломя голову!
Мы, взявшись за руки, помчались по дорожке, усеянной пеплом, как после извержения Везувия. Иногда, наступая на горячую головню, рассыпавшуюся снопом ярких в сгущающихся сумерках искр, я тихонько вскрикивала. Мы почти достигли заветной цели, когда налетел холодный ветер, озлобившийся на ускользающую добычу.
Тотчас я ощутила дрожь, голова едва не взорвалась от невыносимой боли, липкий ужас сжал ледяными пальцами трепещущее сердце.
Гаврила, чувствуя то же самое, резко рванул меня за руку, и мы, по инерции пролетев оставшееся расстояние, вломилась в гостеприимно распахнутую дверь. Вытирая алкогольно трясущейся ладонью холодный пот, я облегченно вздохнула:
– На излете зацепило.
– Дешево отделались, – подтвердил соратник. – Почему-то в склепе я чувствую себя вполне нормально.
– Вряд ли излучение здесь экранируется, – умничая, констатировала я, – скорее всего, оно специальность направлено от могилы наружу, навстречу предполагаемым агрессорам.
Я порылась в сумке и потребовала: