– Что это было? – как ни в чем не бывало спросил я, тем самым признавая, что могу ошибаться и даже делать глупости. Но редко. Но могу.
Мы поднялись, завертели головами, высматривая, есть ли еще поблизости «приятные» сюрпризы.
– Так ты не знаешь, умник, что это было? – спросил Резак. Не слишком-то усердно он делал вид, что ничего такого между нами не произошло.
И «умником» напрасно меня назвал. Лучше бы дядей Максимом. Или боссом. И каждый раз, обращаясь ко мне, пусть кланяется, чего уж. Какой же я умник, коль по собственной воле влез в огороженный Стеной вольер, кишащий монстрами, где и шагу ступить нельзя – в ловушку вляпаешься? И не просто влез, но еще любимую супругу втравил…
– Видишь, умник?
Я честно всмотрелся в обугленное нечто, выловленное Резаком из воды, и так же честно не увидел ничего, кроме бесполезного мусора, напоминающего покореженную компьютерную плату.
– Значит, не знаешь, – правильно истолковал мое молчание Резак. – Это «калорийка» была.
Я еще раз взглянул на угольки в руке парня:
– Дружище, у тебя хорошее воображение.
Что такое «калорийка», я не знал, однако следовало сбить с Резака спесь, пока он опять не воспарил над нами на крыльях гордыни.
– Опять ты за свое! – вскипел «африканец».
– Мальчик, тише, – кончиком лука Милена не больно, но обидно щелкнула его по затылку.
Это помогло ему взять себя в руки:
– Раз сами не видите, просто поверьте: это была «калорийка». Прибор такой, я в учебном фильме видел. Его просто взрывом расплющило. «Калорийка» при активации ускоряет метаболизм того, кто рядом. Так что еще немного, – он потряс передо мной основательно закопченной платой, – и мы бегали бы, как заведенные. Но вообще-то «калорийка» не взрывается… А значит… Непонятно…
Резак растерялся. Случившееся не укладывалось в ту Full HD картину Полигона, что ему показали, и куцый мозг из-за нестыковки спасовал.
– А это ты заметил? – Милена указала на обрывки чего-то вроде мха, тут и там разбросанные по камышам и плавающие на воде.
– Заметил, – кивнул Резак. – На «моховик» похоже. Который разорвало. Вот как раз «моховик», активировавшись, и бахнул. Но почему как граната?.. И потому выброс спор, и…
Он прочел нам лекцию о том, что «моховик» – прибор особенный, биомеханический, в его конструкции присутствуют биологические элементы. Разработчики вообще хотели, чтобы «моховики» могли сами увеличивать свою популяцию, но вроде бы не получилось, и тогда сделали так, чтобы… Слушая парня, я сделал вывод: мозг у этого засранца как губка. Его извилины впитали в себя все, что было в тот чертовом учебном фильме. Так что теперь «африканец» какая-никакая, а ходячая энциклопедия «Полигон от А до Я». Не факт, что его сведения не устарели и вообще изначально были верны, но нам с Миленой известно ровно настолько меньше, сколько знает Резак. А значит, парня надо беречь. И слушать его. Тем более, что он не прочь молоть языком без перерыва.
– Но когда «моховик» выбрасывает ядовитые для человека споры, взрыв должен быть не громче хлопка, как если шарик лопнет. А у нас тут…
– Погоди тарахтеть, – перебил я его. – Что, если аккуратно соединить твою «калорийку» с «моховиком», да сделать так, чтоб они активировались одновременно? Как думаешь, эффект будет круче, чем если по отдельности?
Он пожал плечами. Он не умел думать. Как накопитель инфы его башка более чем подходила, но и только. И ладно, дружище Резак, думать за тебя будет тот, кто умеет это делать. Я о себе, если что.
И вот какие мысли с ходу надумались: мы едва не угодили в западню и уцелели лишь благодаря чутью и знаниям Резака. Ну и спасибо Милене, что разрядила приборы на угодившую в них стрелу. Иначе нам пришлось бы несладко… Да что там, мы были на волосок от гибели… На спину точно опрокинули ведро колодезной воды. Сердце застучало быстрее. Когда рискуешь жизнью постоянно, организм к этому привыкает и реагирует на стрессы менее бурно. Но я слишком долго жил мирно и волновался лишь о том, хватит ли денег до следующей получки… Надо признать, Макс Край потерял форму.
Но это ничего. Скоро я вновь стану прежним сталкером. Если не подохну раньше.
Светило солнце, потрескивал тлеющий камыш. В сотне метров от нас виднелись деревья. Над лугом пролетела стайка воробьев – самых обычных с виду, безвредных. Воздух, вдыхаемый через респиратор, резко пах дымом.
Хлопнув по карману шорт, Резак шагнул к камышам и уставился на них, будто надеялся высмотреть стрелу – ярко окрашенную, чтоб ее легче было отыскать.
– «Калорийка» и «моховик» вместе… Это была специально подготовленная ловушка, – озвучил я свои выводы. – Работа мастера. И либо сборку приборов специально поставили у нас на пути, либо просто так совпало. Но лично я в случайности не верю.