«Не понял… Чего это он?!»
Сидевший в палате возле подоконника коренастый мужчина средних лет, в салатовом докторском костюме, поднялся со стула. Какой-то незнакомый врач… Это ему, что ли, Васильев препоручил пациента?
Незнакомый вышел в коридор, решительно оттесняя Бена, направившегося было в палату, от двери.
— Привет! Ты кто, приятель? — поинтересовался он с известной истинно хирургической бесцеремонностью.
— Я лекарства принес. Вот, у меня и пропуск есть, — сухо объяснил Бен.
У него давно бурчал пустой желудок и гудела голова, отяжелевшая от сонного слякотного дня, шума моторов и выхлопной гари, а в душе зашевелилась обида. Один злится непонятно на что, другой подозревает невесть в чем…
— А-а, ты и есть тот самый «друг»?! Мне про тебя Васильев сказал, — вдруг сменил гнев на милость незнакомец и протянул ладонь: — Сергей Иваныч! Будем знакомы!
— Вадим… — Бен растерянно тиснул его руку.
— Это ты, значит, попросил Васильева проявить особую заботу о нашем друге? Видать, настойчиво просил, раз он постарался… Ночной дежурный, халтурщик хренов, то ли спросонья был, то ли поддатый… Когда Ромку при поступлении штопал, не заметил один порванный сосуд. А Васильев, после твоей настойчивой просьбы, полез проверять, и только тогда обнаружил, представляешь?
— Значит, теперь опасность уже миновала?
— Да, — кивнул Сергей Иванович. — Роман еще днем очнулся, когда внутреннее кровотечение прекратилось. Телефончик сразу сказал, куда о нем сообщить, меня и прислали.
«А, так вот почему медсестра презрительно кривилась! Чужака прислали в их монастырь, да еще с полномочиями!» — догадался Бен.
— Но мне даже не пришлось за Васильевым что-то переделывать, он хорошо справился. Сейчас просто приглядываю за состоянием Романа… Ну ты молодец! Догадлив… Кто его знает, стал бы Васильев без взятки причину кровотечения искать, или бы рукой махнул? Я вот лично не уверен, что стал бы. Так что можешь считать, человека спас… Какой суммой пришлось подкрепить просьбу, а?
Бен промолчал.
— Кстати, ну-ка покажи, чего ты там купил.
Сергей Иванович взглянул на упаковки и коротко рассмеялся.
— Что-то не так?
— Да, приятель, развел он тебя, как кролика! Вот это, — он показал одну коробку, — Ромке совершенно не нужно! А вот это… Ну, в принципе, может пригодиться, но надеюсь, что обойдемся, тьфу-тьфу!
Вот теперь уже обида не просто шевельнулась, а вонзилась толстой иглой. Бен скривился:
— Зачем же тогда Васильев просил?.. Какой смысл ему был именно лекарства просить?! Я же весь день проездил, а оказывается — зря… Лучше бы сказал, сколько денег нужно, я бы сразу отдал!
— Наверное, он хотел с доставкой на дом, — усмехнулся Сергей Иванович. — Ты вон сколько бегал, а ему лень было ноги стаптывать.
— Ну и куда же теперь это девать?! Обратно в аптеку не возьмут…
— А зачем в аптеку? — Сергей Иванович пожал плечами. — Отдай Васильеву, раз уж ему так надо! Оставь мне, я утром ему передам. А деньги тебе вернут. Напиши мне какой-нибудь свой контакт, телефон там, или мэйл, или аську… Шеф Романа с тобой свяжется и деньги отдаст.
Бен хотел было возразить, но вовремя прикусил язык — отец рано или поздно обнаружит пропажу и устроит скандал. Ну, еще бы — сын украл деньги! Конечно, можно было бы перезанять сумму у друзей и подсунуть на место, а друзьям потом постепенно возвращать; но зарабатывать ее пришлось бы месяца два. Если у Ромки начальник щедрый, то почему бы и нет? И Бен записал врачу номер своего мобильника.
— А… А можно, я сейчас к Ромке зайду?
— Зайди, только ненадолго. Да и поговорить с ним ты сейчас не сможешь, он еще очень слабый.
Бен тихонько, стараясь не топать, проскользнул в палату. Наклонился поближе:
— Ром, привет! Ты не волнуйся… Теперь все нормально будет…
Роман смотрел из-под полуприкрытых век все с тем же сожалением, и даже где-то в чем-то с осуждением.
— Эх, ты… Зачем… Что ты наделал… — шепотом выдохнул он.
Огорошенный Бен выпрямился. Он откровенно ничего не понимал.
— Ром, ну… Ну ладно, ты отдыхай, а я пойду… Как-нибудь потом поговорим.
«Что бы это значило? Он прямо как будто упрекает меня… Только непонятно, за что?! Но сейчас у него все равно ничего не выспросишь… Ладно. Потом разберемся.»
Когда за посетителем закрылась дверь, Сергей Иванович шевельнулся возле подоконника и слишком громко прошелестел перевертываемой страницей журнала.
— Свинья ты неблагодарная, Ромыч! — процедил он сквозь зубы.
Роману очень хотелось сейчас перевернуться и спрятать лицо в подушку, но все что он мог — это только закрыть глаза.
«Как я ни старался, а юнец все-таки попал в поле зрения наших… Вопрос — как быстро это дойдет до Шепелева и сколько тому потребуется времени, чтоб расколоть и меня, и мальчишку…»
Бен плелся к остановке, подволакивая ноги — тяжкие раздумья гнули к земле не меньше, чем усталость и голод. В желудке отчаянно бурчало, а в голове ворочались вопросы, на которые он пока не мог найти ответа. Что означали ромкины слова «что ты наделал»?!
«А действительно, что я такого сделал-то?! Ну, пришел к нему… Такое впечатление, что он меня упрекнул именно за это… Почему я не должен был приходить? По логике вещей, если люди избегают встреч — то из тех соображений, что общение с ними может повредить. Кому может повредить наше общение? Ему или мне? Насчет Романа я совсем ничего не знаю; чем он занимается — совершенно без понятия. А если мне — то с какой стати? Он может невольно меня подставить, что ли?! Допустим, за ним кто-то гоняется… Бандиты, например. Или наоборот — менты. И потому они начнут преследовать каждого, кто будет с ним общаться… Получается, Роман не хотел меня подставлять. Но тогда какого черта он не сказал об этом сразу и прямо еще при встрече в магазине?! Что за глупую игру он устроил?»
Тем временем к остановке подплыла маршрутка. Бен влез в тесное нутро; устало откинулся головой на спинку сиденья и прикрыл глаза. «Плыть» до дому еще минут сорок…
В кармане запиликал телефон. Бен торопливо вытащил его — Светка…
— Привет! Что? Плохо слышно… В маршрутке, домой еду. Да, прогулял сегодня. Что? А-а… Забыл совсем. Весь день мотался… Но квест выполнил! — последнюю фразу Бен сообщил очень радостно. — Все нормально… Завтра расскажу. Понимаешь, Свет, у меня еще кое-какие соображения есть, но разговор совершенно нетелефонный, а встретиться сегодня — никак… Я с голоду помираю и сплю на ходу. Говорю же, весь день бегал. За лекарствами послали… Что? А, да. Очнулся, все нормально. Завтра расскажу… Да, пока! Целую!
К счастью, сегодня отец пропажи денег не обнаружил, и вечер прошел без нервотрепки. Бен после ванны и ужина спокойно уселся перед экраном, начал было смотреть фильм, но уже минут через двадцать глаза стали слипаться. Он в полусне уполз к себе и повалился в постель, едва раздевшись.
Тем же вечером, как только Бен распрощался и побрел домой, Сергей Иванович вышел в коридор и набрал номер:
— Игорь Владимирович? Доброго вам вечера… Нет, с Ромкой все в порядке, состояние стабилизировалось. Тут вот какое дело… Мальчишка какой-то к нему приходил. Ну как мальчишка — парень, на вид лет восемнадцать, ну не больше двадцати. Я понятия не имею, кто это, и на всякий случай решил сообщить… Дело-то забавное — это тот самый юнец, который нашел Ромку в задрипанной больнице! Что значит «нашел»? А-а, сейчас расскажу! Мне его лечащий поведал…
…- Теперь видите, как оно все забавно вышло?! Представляете, взятку местному врачу за Ромку сунул! Ну и… Да-да… Номер свой он оставил. Сейчас я вам смс-кой перешлю.
— Да, Сергей, повтори-ка еще раз — как, по словам мальчишки, они с Романом познакомились? — попросил Шепелев.