Кошмарные сны каждую ночь – излюбленная шутка садистов из сатанинской секты. Но это было еще не все. Было еще кое-что, настолько невероятное, настолько мучительное, что Малыш подумал: не началась ли у него мания преследования? Но нет, рассудок у него был в порядке, и, несмотря на весь свой скептицизм, он верил в магию и в инфернальные воздействия тоже верил. Попробуй, не поверь, когда видишь это постоянно, и каждый раз это настолько реально... Слишком реально.
В секте было несколько высококлассных мастеров иллюзий. Не говоря уж о Жреце. Жрец, по общему мнению, большинства членов секты, мог все. Остальные члены секты знали еще и примерные границы умений Жреца. Они утверждали, что умений этих не перечесть. Были и еще умельцы. И, быть может, иногда такие мастера проводили разные действия без благословения высшего начальства. В конце концов, для того, чтобы делать зло, благословение не нужно вовсе.
Малыша спасла любовь женщины, преданной злу. Она имела особые влияния на события и могла защитить того, кого хотела. Кошмары, и дневные, и ночные, исчезли без следа, и не было повода опасаться их возвращения. Свою работу молоденькая дрянь, погруженная во зло, делала безошибочно. К ней благоволили ее покровители, потому что она умела бороться и побеждать. Даже теперь. Она должна была остаться победительницей.
13
Душа как ночь черна
И Дьявол не берет.
Кому она нужна!
«Ария»
– Джокер!
– Этого не может быть! Ты блефуешь! – с горделивой улыбкой заявил демон в облике желтоглазого тигра с двумя змеиными хвостами. Правда, ради удобства он заменил передние лапы на руки. Попробуй, удержи карты когтистыми тигриными лапами. Демон в облике человека, смуглого красавчика типа «мужчина-без-недостатков» ухмыльнулся и пожал плечами. Между демонами шла честная игра. Даже самый самоуверенный и отчаянный не посмел бы блефовать, опасаясь, что его блеф будет раскрыт.
Другие демоны благоразумно отступили, но тигроид, в каком бы облике он не появлялся, никогда не был особенно благоразумен. Он был очень силен, и к тому же – довольно удачлив. Этого оказалось достаточно, чтобы обрести власть над человеком немалых темных талантов, и к тому же – великолепным исполнителем. Эта победа была причиной гордости тигроида, и она же стала причиной игры молодого демона. Он знал, что ему повезет.
Карты тигроида были не особенно хороши и не особенно плохи. Играть против объявленного джокера было бы глупо, если бы только этот джокер действительно существовал. Но в такую удачу молодого демона тигроиду верилось с трудом, поэтому он и полез напролом. Демон усмехнулся:
– Ну, мы остались один на один. Изменим ставки?
– Да. Играть на сокровища – слишком слабо для нас. Сыграем на души?
– На души? – на лице демона появилась ухмылочка типа: «ну-ты-парень-и-сказанул». Тигроид тоже понял смысл этой ухмылки и тяжело вздохнул:
– Да, я и забыл.
Раньше, в благословенные времена средневековья, контракты действительно заключали на души. Но то время благополучно кануло в Лету. Уже потому, хотя бы, что демонов начали интересовать, прежде всего, послушные исполнители, а не соблазненные праведники, которые все равно ничего не делали, а только сокрушались по поводу своего падения.
А у исполнителей зла душа была черней, чем уголь. Такие вот они теперь. Злобные. Держать такие души в заключении – все равно, что награждать верных сторожевых псов за услуги смертью. Поэтому теперь контракты заключались крайне редко, и то, основой контракта становилось требование услуг. Определенные условия были и в таких контрактах, а черные души исполнителей оставались в неприкосновенности.
Молодой демон предложил тигроиду:
– Раз нет душ, может, сыграем на услугу? У нас обоих неслабые исполнители. Можно попробовать их силы.
Тигроид плотоядно облизнулся. Его запросы простирались бесконечно далеко, настолько, что услуг одного исполнителя, хоть и сильного, хоть и очень талантливого, было ему маловато.
Да и потом, пусть его исполнитель и был изящен, обаятелен, силен, но он был мужчиной, и порой его дьявольское изящество ничего не могло сделать там, где женское очарование одержало бы победу непременно. Однако соглашаться сразу тигроид посчитал дурным тоном. Он прищурил свои янтарные глаза, и зевнул, имитируя безразличие:
– У тебя сильная исполнительница, да, но только вот сейчас она проходит полигон.