Я выключил запись. Если они и притворяются, то весьма успешно.
Вскоре моё внимание привлекло ещё одно помещение. В обширном зале длинными рядами стояли виртуальные кресла, стены матово блестели экранирующей обшивкой. По первоначальной задумке здесь могли проводиться сетевые конференции. Но с течением времени, в ряду прочей сетевой аппаратуры, которой периодически оборудовался дом, зал потерял своё значение и оказался законсервированным до лучших времён. Как я понял, эти времена наступили: почти два десятка человек – треть приехавших ремонтников – сидели в виртуальных креслах. Я долго разглядывал их, соображая, что они могут делать в виртуале в таком количестве. Кое-какие подозрения у меня уже появились, но пока я решил их не обнародовать.
Время потянулось нестерпимо медленно. Каждые четверть часа появлялся очередной охранник, негласно дежуривший у двери Полины Германовны, и сообщал, что последняя безвылазно сидит у себя в комнате. Девочка не показалась даже повару, спрашивающему о меню на ужин; прокричала из-за двери, что обойдётся своим пищевиком. Несколько раз приходил главный программист и, упорно глядя куда-то в сторону, сообщал, что Сеть пока ещё не настроена.
– Присаживайся, – кивнул я, когда тот в очередной раз протиснул в проём двери своё тщедушное тело.
Тот присел. Долго молчали.
– Дурак ты, Боря, – наконец, не выдержав долгого молчания, примирительно заметил программист. – Оружием размахиваешь, моих людей чуть было в Одессу не выслал… Тебе без ссоры со мной проблем мало?
– Я ссориться не буду. Не мой имидж. Дам по голове, а когда оклемаешься – тогда долго и нудно будем выяснять, кто что и кому должен.
Тот хмыкнул:
– Крутой ты, я вижу.
– Станешь тут крутым, – перекинувшись парой фраз с меланхоличным ремонтником, я сам сбавил обороты. – Оказался бы ты на моём месте… Ладно, к делу: можешь объяснить, что тут вообще происходит?
Главный программист степенно отрезал ломоть хлеба, протопал к пищесинтезатору и принялся нажимать кнопки.
– Как я понимаю, тебя интересует возможность вероятной диверсии.
– Сам догадался или кто подсказал?
– Общение с Полиной Германовной не идёт тебе на пользу, – хмыкнул со своего места программер. – Ты ерепенишься, словно подросток. Лучше помолчи. Так вот: произошло нападение на Лимнос и сейчас оно вступило в завершающую фазу – в этом уже нет никаких сомнений.
– Вторжению подверглись наши компьютеры?
– Точно, – удивился техник.
– В виртуале?
– Ты-то откуда знаешь?
– Мы тут тоже не лаптем щи хлебаем. Набил весь конференц-зал своими бойцами – и удивляешься, откуда все всё знают.
Главный программист мрачно прожевал приготовленный бутерброд, потом с интересом осведомился:
– Я вижу, ты не особенно огорчён?
Я усмехнулся:
– Наши технологии пока ещё не дошли то того, чтобы из компьютера по комнатам начали расползаться зелёные человечки. Мне хватает проблем в реальном мире. Связи нет – это, конечно, плохо; и эту проблему по мере возможностей я решаю. А всё остальное, что в компьютерах – разбирайся сам – мне недосуг.
– Хорошо, – ремонтник поднялся. – Разберусь. Мы почти всё восстановили. Но только учти, что этим дело не закончится.
– Само собой. Куча всяких канцелярии…
– Ты не понимаешь всей серьёзности ситуации. У нас очень мощные компьютеры. И Сеть защищена точно такими же ключами безопасности, как в Одессе.
– И что?
– Атака осуществляется слишком мощными силами. У меня сомнений не остаётся: в нападении участвует большое количество синхронизированных между собой суперкомпьютеров.
– А смысл?
– В этом-то и проблема. Сомневаюсь, что на здешних машинах есть информация, которая могла бы хоть как-нибудь окупить использование таких ресурсов.
– Может это подготовка к другой, более мощной атаке?
– Я тоже этого опасаюсь.
Мы помолчали. Я улыбнулся:
– Ладно, Игорь, удачи. Извини, что наорал. Сам виноват у меня сейчас восемдесят процентов охраны – это Периметр, а ты его вырубил без всякого уведомления.
– Я понял.
– Работай.
– Да уж куда я денусь.
Около двери главный программист обернулся:
– Знаешь, Боря, а с автоматом наперевес ты выглядишь круто. Хоть фотографируй и на стену вешай.
Дробный стук его каблуков по полу напомнил дробное цоканье копыт молодого козлёнка. Я даже поморщился, прогоняя неожиданное сравнение. Какая только ерунда в голову иногда лезет!
ПОЛИНА
ГЛАВА 08
Мы быстро шли, почти бежали в сторону папиной резиденции.
– У нас плановое техобслуживание, – на ходу объяснял дядя Боря. – Ремонтники чего-то накуролесили – и Графонет отказал.
Я даже остановилась, хотя папа учил меня, что одно из главных качеств культурного человека – умение держать себя в руках:
– Что – весь?!
– Весь! – Глядя куда-то в сторону, нехотя буркнул мой собеседник. – Даже мобильники – и те не работают.
– Ого! – Снова изумилась я. – Это откуда же у наших бойцов руки должны расти, чтобы они смогли Сеть испортить? Даже если из того места, на котором обычно сидят – как они трансляционный спутник умудрились угробить, сидя тут, на Земле?!
– Пойдём, пойдём! – Заторопил меня дядя Боря, не очень вежливо прерывая мои рассуждения. – При чём тут спутник! У нас в системной оболочке что-то отказало.
– Тёмный ты человек, Борис Евдокимович. Сигналы на нашу аппаратуру приходят прямиком из космоса. Что бы тут, на острове, ни сломалось, вся Сеть из-за этого отказать не может. Так, кстати, и объясни тем мужикам, что с чемоданчиками по всему острову бегают. Куда не пойду – всюду они. Достали уже!
– Меня тоже! – Неожиданно признался начальник охраны.
Я с удивлением посмотрела на него. Раньше дядя Боря не откровенничал со мной. О чём он думает, как он относится к моему поведению, нравится ли ему или нет что-нибудь, – об этом я могла догадаться только по выражению его лица. Похоже, наш доблестный шеф службы безопасности немного… как бы это так помягче выразиться… не в своей тарелке.
Проходя мимо окна дежурки, я чуть задержалась, пытаясь разглядеть, кто сидит внутри. Тщетно – стекло было включено на полную непроницаемость. Я не смогла отказать себе в удовольствии коротко дунуть на него – по поверхности силового поля разбежались волны красивых фиолетовых искр. Если кто-то наблюдал за мной с той стороны, готова поспорить на что угодно – отскочил в сторону словно ужаленный суслик. Так ему и надо. Не будет пялиться не по делу. И ещё интересно, кто это был? Хорошо, если бы кто-нибудь из новичков.
Оказавшись у себя в комнате, я в первую очередь включила компьютер. Не знаю, что там случилось у дяди Бори и иже с ним – у меня Сеть работала, правда слегка подтормаживала. Это было видно даже на обычном двухмерном экране. Трёхмерный режим, если я хоть немного разбираюсь в технике, будет вообще жутко виснуть на каждом шагу.Раньше такого никогда не было. Похоже, в компьютерном мире и в самом деле происходит нечто нетривиальное.
Интересно, что именно?
Ладно, где наша не пропадала, сейчас попробую разобраться!
Я одела шлем, перчатки, натянула сапоги.
– Выход в виртуал!
Монотонный голос пробубнил привычные фразы:
– Запрос принят. Запрос обрабатывается. Запрос выполнен.
Пространство вокруг медленно, словно айсберг из тумана, возникало из небытия. Я поправила виртуальный шлем. Перед глазами вспыхнула шестиугольная звезда, а в ушах прожурчали слова стандартного приветствия:
– Графонет приветствует вас!
– И тебе – здрасте! – Не могу отвыкнуть разговаривать с компьютером словно с живым существом, хотя точно знаю, что это набор микросхем. Глупо, правда?
Впрочем, некоторые по жизни поступают куда глупее и даже не дают себе труд в этом признаваться.
Серый туман растворился, окружающее пространство приобрело резкость форм и очертаний, вскоре я оказалась стоящей в центре довольно обширного помещения.
Уф, вот я и дома – можно расслабиться.