– Прекрасно, он отличный наставник. Твой позывной? – продолжил её вводить в реалии жизни в фактории.
– Зена, - тихо ответила девушка. Мне стоило огромных трудов удержать невозмутимое выражение лица, сделав вид, что я ничего не понял.
– Прекрасно, в обычной жизни можно пользоваться любыми идентификаторами для общения, но в боевой обстановке только позывными или их сокращениями. – сурово напомнил ей правила.
– Принято, – ответила Алина, раньше чем успела осознать. – Прекрати стебать меня, я не об этом хотела поговорить.
Яростный взгляд вернулся снова, водопад волос ожил, а я наконец приготовил её любимый латте. Протянул ей кружку с эмблемой фактории, которая она на рефлексах схватила и сделала первый глоток.
– Так бывает в жизни, вы расстались. Ты ещё переживаешь, вспоминаешь прошлые встречи, прекрасные моменты. Гоняешь в памяти её завораживающий смех, взгляд прекрасных карих глаз и слушаешь на повторе «вашу» песню. Но она не звонит, не пишет, ведь разрыв не был случайностью, – начал я выполнять вторую часть плана. – Ты успокаиваешься, начинаешь жить и работать нормально, не убиваясь каждый день до потери человеческого облика. И всё проходит, наконец ты оживаешь, найдя себе новые чувства. И тут от неё приходит сообщение «Поздравляю с первым снегом».
Алина молча пила кофе, заедая его пирожками с условной вишней, смотря на меня. Пять минут молчания я потратил на банку виноградного сока, бутерброд с колбасой и брикет питательной смеси. Иначе бы не наелся здешним кулинарным разнообразием.
– Никогда не любила «квартет И», их фильмы и глупые шутки, – зло ответила жена. – Но сейчас лучше не скажешь.
– А теперь жду реальную причину твоего вступления в наш семейный синдикат? – спросил уже серьёзно. – Нам работать вместе, не хотелось бы плодить сущности и иллюзии по поводу условий труда в фактории. Здесь все работают в соответствии со штатным расписанием. Больше делать можно, без ущерба здоровью и общей производительности конечно, меньше нельзя. Спросят строго, я не смогу помочь. Директор здесь назначен корпорацией, я простой советник.
Многозначно хмыкнув, Алина поведала обычную историю. Оказывается излучение здоровья от моего препарата – это побочный эффект из-за неполного усвоение действующих веществ, просачивающихся через поры и накладывающийся на обновление тканей. Эдаким ореолом неотразимости окружая тело, заставляя окружающих реагировать на «пышущего здоровьем» человека. Правда, со временем организм начинает более эффективно использовать препарат, не допуская расхода вовне. Вот тут и кончилась любовь кавалера моей бывшей благоверной. Следом ушло обожание окружающих, оставив только работу заведующей, которая перестала радовать. Ведь коллеги были настроены агрессивно, думая, что должность ей досталось по блату, а не вследствие профессионализма. Поддержка в лице родственников убыла в полном составе, а дочь не могла понять, почему мама не сделала этого со всеми. Такое маленькое персональное изгнание из Эдема получилось. В итоге, она не выдержала и позвонила по номеру в контору. Место для неё мы всё равно резервировали, тем более сейчас ограничений на приём не было. Питер и Поля оплатили все необходимые модули, программы и оборудование, сами провели необходимые и дополнительные модификации, выведя дочь на фиолетовый титр.
А мне оставалось только утвердить кандидатуру для принятия в факторию, проведя решение через совет организации. В общем формальности, с которыми я справился ещё во время прослушивания рассказа о несправедливости окружающего мира. При этом ни разу не сорвался в утешительство, сочувствие и сопереживание. Давая понять границы отношений, в конце концов мы, как родители выполнили свою задачу. Нам было хорошо, но всё проходит. И сейчас нужно жить не оглядываясь на прошлое.
– Добро пожаловать в семью. Состав фактории никогда не бросает своих легионеров в беде. Но и они не позорят славную организацию. Ибо мы помогаем всем нуждающимся в исправлении, – пафосно произнёс я. – И не совершаем ошибок, по крайней мере дважды.
Под конец я не удержался и заржал, глядя на её серьёзное лицо. Вот, что значит корпоративный работник. Идеальный солдат организации.
– Вечно ты смеёшься над серьёзными вещами. У вас только Набунага нормальный, остальные психи. – фыркнула Алина, вставая со стула, оглядываясь в подсобке.
– Здесь всё нужно поменять. Мы серьёзная организация и всё у нас должно соответствовать? – уверено спросила родственница.
Я тоже огляделся. Два простеньких стола, шкаф с едой, кофе машина, чайник и кулер. Имелась раковина и кухонная утварь, а для готовки – переносная газовая плитка. Холодильника мы не ставили, они вообще отсутствовали как класс на Мирании. Ели сразу свежее, либо пайки, отправляя остальное в переработку.