В подготовительной фазе операции подопытного накачали необходимыми питательными веществами для быстрого роста и развития биологических модулей Шшас. Бригада по превращению угнетённого класса планеты Лимбо в полноценного члена галактической семьи, приготовила необходимые препараты, инструменты и внедряемые биологические объекты. Абориген, пока не знавший своего имени, не испытывал ни малейшего страха, ведь его ждали новые путешествия по задворкам сознания, а нас тяжёлая работа.
– Поехали! – произнёс я сакраментальную фразу, отправив «лимбийца» в Нирвану. – Парень уже опытный, поэтому на работу ваших модулей отводиться всего час.
– Принято, – пробурчал Шшас Дьерс, отодвигая меня от стола всей своей внушительной свитой.
«Но это просто рубеж
И я к нему готов,
Я отрекаюсь от своих
Прошлых слов,
Я забываю обо всём.
Я гашу свет –
Нет мира, кроме тех,
К кому я привык
И с кем не надо
Нагружать язык,
А просто жить рядом
И чувствовать, что жив.»
Точнее не скажешь, Диана Арбенина, не товарищи фактории такие насекомые, но легионеры готовы к противостоянию в рамках контракта, не нарушив ни буквы, ни духа договорных обязательств. Красн в сцепки с мощнейшими генетиками и математиками фактории отслеживали ВЕСЬ процесс ассимиляции, записывая каждый шаг растущих биологических структур. Внедрённые агенты с лёгкостью подминали нервную систему аборигена, блуждающего в лабиринтах сознания. Красн тянул всё схему, умудряясь воздействовать на центральный астральный модуль пленника, изучая структуру в «боевых» условиях. Отличным подспорьем в процессе являлись Скат и Парос, поднаторевшие в квантовом программировании и понимании логических процессов ядра. Они успевали поддерживать Красна в трудные моменты просветления разума у пациента, отбиваясь с кристаллоидом от хаотичных атак защиты роя, внедрённой в структуру модулей на глубинных уровнях.
Только без полноценной поддержки со стороны организма носителя, даже самые мощные биокомпьютеры на кристаллической основе не способны противостоять напору четырёх агрессивно настроенных захватчиков. На исходе часа Красн доколупал кодировку управляющего кристалла, снеся заводские настройки, почти не тронув всё остальное. В результате месиво из личной, роевой и расовой информации пришлось организовывать в удобоваримый клубок связей, стараясь не свести с ума пациента. На данном этапе легионеры активно использовали внешние модули, фиксируя попутно финальную стадию слияния биологических модулей Шшас в мощного спрута, обволакивающего все кристаллы управления, превращая образование в единую систему контроля организма.
Житель Лимбо очнулся уже разумным, полностью осознавшим себя отдельной личностью, избавившись от закладок Роя, но приобретя ограничители от корпораций. Да, требовалась синхронизация систем организма под новую схему взаимодействия, включая прохождение нервных сигналов и восприятие действительности. Придётся заново учиться ходить, говорить и думать, вот только это не проблема для разумных, которые обучаются в четыре раза быстрее, чем астронавты. При этом обновлённые жители Лимбо ускорят способность восстанавливать в чанах биологическую оболочку, сократив время до недели с помощью модуля Шшас нового типа.
Получившийся у жуков образец не способен эволюционировать и не имеет возможности повторной активации, представляя из себя агрессивного симбионта, призванного защитить организм носителя. Ведь разумность у новой биологической системы зависит от хозяина, лишая возможности отсекать некорректные мутации. Поэтому придётся работать дальше с улучшением генома, не повредив при этом репродуктивных функций.
Всё это безобразие происходило без меня только по одной причине, жуки запретили мне участвовать в операции на посту оператора, мотивируя это простым ответом «Мы не доверяем, Карыч уже подпортил нам нервы». Я скучал с размахом, всячески показывая своё безразличие к происходящему, демонстрировал обиду и даже злость, когда жуки радостно верещали, празднуя успех очередного этапа. Комфортная для жуков лаборатория имела вид естественной пещеры, с неровными стенами и потолком под камень. Я проверял эхолокацией, реально муляж, хотя с виду не скажешь. Форма «пещеры» соответствовала природным стандартам, не соблюдая строгих геометрических форм. При этом оборудование устанавливалось столь гармонично, что создавалась иллюзия изначального нахождения высокоточных терминалов, анализаторов, репликаторов и синтезаторов генетических материалов в подобной локации. Естественно, к биологическим терминалам Шшас допуска нам никто не давал, на них работают исключительно корпоративные работники роя специально выращенные, обученные и инициированные астрой в особых условиях. Поэтому в своеобразной пещерке площадью около сотни квадратных метров под рассеянным тёплым светом мне приходилось слушать музыку в своей голове, время от времени подпевать мыслям вслух и бесить жуков музыкальным вкусом. Все вышеописанные действия совершал на удобном кресле-мешке, а на третьем часу операции я бессовестно задрых. Никогда так сладко не высыпался, точно зная конечный результат жучьих танцев с маракасами. Кукарача получилась у них знатная, на загляденье. Убрав самого быстрого генетика из процесса, корпорация Шшас надеялась сохранить свои секреты.