— Только инопланетных психов нам и не хватало! Мало своих, — печально высказал общее мнение расстроенный генерал.
У Брома мелькнула новая идея, достаточно безумная, чтобы быть верной.
— Может, они во всем и виноваты? Убийцы — инопланетные психи? — возникла у Аурела неожиданная догадка. Он и сам не подозревал, насколько приблизился к разгадке покушения, но здравый смысл заставил от нее скептически отмахнуться.
Бессмысленность происходящего вызвала неожиданную резкую душевную боль. Выслушивать звучавшую в кабинете белиберду стало еще невыносимее. Бром внезапно осознал, что глупая вера в предсказание старой гадалки была единственным, что связывало его с беспечной, полной надежд юностью. И вот сейчас он потерял и ее. Полковника охватило чувство безграничного одиночества и пустоты. Он вдруг осознал, что незаметно преодолел тончайший, отделявший его от полного отчаяния барьер.
Грыз-А-Ву печально вздохнул, преисполненный жалости к герою и к самому себе. И как он дошел до жизни такой? О цепочке трагических событий, закончившихся полетом на Землю, тоже следовало рассказать подробнее.
Глава одиннадцатая
Отчаянное решение
«Культура, если она развивается стихийно, а не направляется сознательно, оставляет после себя пустыню»
Подлетев к вершине холма, на склоне которого ютилось обветшалое здание музея великого древнего поэта, Грыз — А — Ву снизился, и, опустившись на уютную каменистую полянку, продолжил путь ползком. Музей, не избалованный вниманием посетителей, служил прибежищем клубу любителей фантастики, раз в две декады проводившему там бурные заседания.
Сползая по склону, Грыз-А-Ву опасливо огляделся — полет на собственных крыльях не в брачный период считался постыдным атавизмом, пагубно воздействующим на нежные души неоперившегося молодняка. Фантасту, страдавшему многочисленными комплексами, не хотелось отступать от имиджа солидного, уверенного в себе писателя, к которому он так страстно стремился: Грыз был чужд богемных устремлений.
Наблюдая, как над холмами представители золотой молодежи, надышавшись угарным газом, беззастенчиво выписывают в розовом закатном небе фигуры высшего пилотажа, время от времени поливая друг друга струями огня, дракон не смог удержаться от зависти и невольно выпустил струйку дыма, привлекшую внимание стайки молодых самочек, заигрывавших с летунами.
Степенно проползая мимо хихикающих девиц, фантаст демонстративно отвернулся. Сейчас, в отсутствие сексуального партнера, к красоткам не стоило даже приближаться. Да и легкомысленные девчонки, вызывающе кокетничавшие с воздушными хулиганами, не долго провожали оценивающими взглядами ползущего мимо немолодого дракона. Возраст!
Ах! Как они летали когда-то втроем, в школе: он, Кор и та веселая упитанная самочка из восьмого Б. Как же ее звали?
Потом катастрофа! В воспоминаниях сейчас уже все смешалось: предательство Кора, вмешательство учителей и родителей, противников раннего гнездования… Долгая разлука…Затянувшееся одиночество… И несчастная встреча в редакции.
Очевидно, Кор-И — Андр считал его виновником школьного скандала. Тогда Грыз искренне хотел взять вину на себя, но ничего не вышло. Слишком многие знали, что его отчаянный приятель был альфой и заводилой. Да и сейчас, похоже, Кор не испытывал недостатка в партнерах и брачных связях. Не то, что он…
Тогда школьная подружка обвинила их обоих, а потом исчезла. Грыз так и остался один. Начал писать, тоже неудачно. И вот сейчас приближался его звездный час.
Писатель подполз к обветшалому входу полуразрушенного, несмотря на отчаянный энтузиазм сотрудников, гнездовища культуры. Музей давно уже не финансировался из государственных источников.
— Издержки демократии! — упорствовал наивный фантаст, веривший в идеалы свободы и справедливости. Постоянное пребывание в мире фантастических иллюзий до сегодняшнего дня помогало ему закрывать глаза на суровые реалии жизни.
Грыз заторопился. Он стремительно приближался к залу заседаний, влекомый зовом радужных надежд.
Сейчас! Сейчас прозвучат одобрительные слова братьев по разуму, сейчас его произведение поймут и достойно оценят. Дракон даже готов был спокойно и снисходительно выслушать два-три критических комментария, заранее подготовив остроумные ответы на все, казалось бы, возможные замечания.