Гаврюхин получил от босса четкие указания и короткую записку с несложной инструкцией: «Наладить контакт. Подкупить пришельца. Взять ситуацию под контроль мафии».
В случае неудачи Чужого предписывалось уничтожить, предупредив передачу новейших технологий взрыва сверхновых объединенным силам американско-молдавских федералов.
К записке прилагалось подробное досье на работника МУГУ майора Еуджена Маня.
Русская мафия, как всегда, была начеку и не собиралась упускать своего и, тем более, чужого.
Глава девятнадцатая
Лучшая ловушка Земли
«Тела воздействуют друг на друга материально, энергетически, а также информационно»
Обезумевший от горя, отвергнутый редакторами и недооцененный читателями писатель-неудачник готовился проститься с жизнью в космическом апокалипсисе. Вспышка сверхновой, которой предстояло превратить планеты солнечной системы в облачка раскаленной плазмы, сулила мученику славу Герострата. Но добряк Грыз — А — Ву, волею судьбы превратившийся в космического террориста, считал, что лучше уж такая слава, чем никакой.
После внезапного исчезновения двенадцатилапого провокатора, оставшись один в космическом корабле, Грыз предавался мучительным раздумьям. Он едва обратил внимание на появившуюся на экранах желтую звезду и приближение к вожделенной планете — регуллиане предпочли перестраховаться, запланировав взрыв сверхновой с орбиты Земли. Послание к землянам было также подготовлено и записано шпионом заранее. Стоило кораблю оказаться в пределах Солнечной системы, как текст ультиматума начал транслироваться автоматически.
Терзаемый сомнениями, Грыз-А-Ву его не слышал и не замечал ничего вокруг. Мечты его, наедине со Вселенной, приняли совершенно неожиданный оборот, и даже самому писателю казались странными и трудно объяснимыми.
— В сущности, — громко размышлял дракон вслух. — Мне всегда хотелось быть гуманоидом. Жить на тихой зеленой планете, в скромной гранитной пещерке у прозрачного ручейка не из метилового спирта, а из неочищенной Н2О.
Грыз, осознав собственные слова, внутренне содрогнулся. Он понимал, что несет редкую чушь, но остановиться не мог, озвучивая совершенно сумасбродные фантазии:
— Как мне хотелось бы ловить лапой в окиси водорода какие-нибудь белковые организмы и отпускать их на свободу!
Разумеется, Грызу пришлось бы отпускать на свободу белковых пленников, поскольку есть их он при всем желании не смог бы. Да и желания погибнуть от отравления, напившись ядовитой Н2О, дракон не испытывал — было бы странно, если бы он вообще решился добровольно сунуть лапу в подобную жидкость.
Фантаст почувствовал, что немного запутался. Он отлично понимал, что рассуждения его были абсолютно противоестественными, невероятными, как будто навязанными подсознанию откуда-то со стороны под воздействием чуждого разума. Зелень! Вода! Съедобный белок! Гуманоиды! Брр! — надо же такое придумать!
Дракон переходил к более приятным, но не более реалистическим утопиям. Ему действительно хотелось бы жить на уютной пустынной планете и писать фантастические романы не на скоропортящихся искусственных материалах, а на чем-нибудь долговечном, например, выжигать тексты на титановых скалах, дыша собственным огнем! И конечно же, Грыз-А-Ву так хотелось видеть с собою рядом Его — того понимающего, идеального, благодарного читателя, корректора и редактора, друга и помощника в издании своих гениальных творений, о котором тщетно мечтает каждый начинающий писатель-фантаст, но которого, увы, не существует в природе.
Грыз- А — Ву снова поймал себя на совершенно диких выдумках, и на этот раз серьезно разозлился — тема была уж очень болезненной, и навязчивый бред пора было прекращать.
Решительно взявшись за поиски, аргхианин через несколько минут обнаружил под креслом пилота активированный кибермозгом яхты псевдогуманоидный гипноиндуктор, рядом с которым валялась скомканная, брошенная в спешке регуллианским обманщиком бракованная ушная салфетка с автолингвистом.
Не ведая о возможностях и планах собственного корабля, пытавшегося с помощью индуктора спасти от гибели ни о чем не подозревающее человечество, писатель не усомнился в том, что стал жертвой происков хитрого шпиона.
— Вот только зачем ему это было нужно, мне любовь к гуманоидам внушать? — недоумевал дракон. — Чтобы подтолкнуть к самоубийству и не тратить силы на уничтожение свидетеля? — объяснение казалось притянутым за уши. Да и чем бы Грыз мог помешать могущественным регуллианам? Кто бы ему поверил? Кто бы его послушал? Он ведь и так должен был сгореть во вспышке сверхновой.