Дело в том, что ходе дезинтеграционных процессов, последовавших за описываемыми здесь трагическими событиями, все публикации на универсальной космолингве были выброшены из библиотечных фондов и публично сожжены на центральной площади спехианской столицы на радость ликующим аборигенам. Тем не менее, разумные существа, желающие ознакомиться с содержанием этой замечательной работы, смогут, в случае необходимости, найти ее в переводе на один или два из существующих в современной галактике 7668 универсальных языков и бесчисленное множество диалектов, в галактической компьютерной сети.
— Фантастика, — растроганно повторил Грыз. Аборигены читали фантастику! Это были читатели! Братья! Друзья! Любимые!
Затея со вспышкой сверхновой приближалась к бесславному концу. Писатель не допускал и мысли о том, чтобы взорвать планету, населенную любителями фантастики, но у него возникла новая проблема: с регуллианской техникой дракон обращаться не умел. После нескольких безуспешных попыток самостоятельно отключить устройство по взрыву сверхновых, Грыз-А-Ву наконец сообразил отдать корабельному мозгу приказ прекратить подготовку к взрыву. Раздражающее тиканье немедленно стихло. Хитроумный план регуллианского шпиона провалился.
Теперь аргхианин мог посвятить досуг знакомству с шедеврами земной литературы. Он на мгновение задумался, а потом обратился к кибермозгу корабля:
— Найди что-нибудь про таких, как я! Фантастику!
Кибер не подвел. Появившийся на экранах земной фантастический роман завершил психологическую метаморфозу неудавшегося подрывника. С первых строчек Грыз-А-Ву понял, что читает шедевр. Более того, роман написали сразу двое землян! Идея соавторства в литературе, не чуждая аргхианской сексуальной психологии, показалась дракону очень привлекательной. А сам текст! Едва сдерживаясь, чтобы не зарыдать от умиления, Грыз-А-Ву начал читать его вслух:
— «Здесь садились драконы. Крылья их обнимали воздух, горло выдыхало пламя, кипела у берегов вода, стонал под ними камень!» — Как пишут, как пишут!
Умилившись, Грыз все-таки не удержался от слез. Только название романа немного настораживало: «Не время для драконов!».
— Ну почему же не время? — растроганно всхлипнул потрясенный писатель. На это очень многое можно было возразить.
К аргхианину, казалось, возвращался здравый рассудок и всепоглощающее вдохновение. Он, забыв обо всем, приготовился писать прямо здесь и сейчас продолжение своего непонятого великого произведения.
«Часть вторая»- вывел Грыз-А-Ву на экране монитора, неловко постучав по непослушным клавишам, рассчитанным на другого пользователя, огромным изогнутым когтем. Печатать было неудобно, и фантаст с сожалением вспомнил, что педикюр он так и не сделал.
Вторая часть. Как же ее назвать? Что-то романтическое… Может быть, «Любовь дракона»? Или, может быть, лучше — «Семья четырех»?
Идиллия продолжалась недолго. В очередной раз нарушив хрупкий душевный покой несостоявшегося агрессора, к космическому кораблю причалили незваные и сейчас уже, в сущности, никому не нужные парламентеры. Контакту предшествовала душераздирающая сцена.
В американском челноке мистер Смитсон неверяще глядел на вскрытый пакет с зашифрованными инструкциями. Категоричный приказ руководства требовал от него передачи текста заявления молдавскому представителю и обеспечения тому встречи один на один с высоким гостем. Не знавший молдавского языка Смитсон машинально зачитал расшифрованную инструкцию по-русски, но майор понял. Ноги избранного спасителя человечества невольно подкосились, Маня опустился на колени, и Смитсон взбунтовался.
— Да чтобы я доверил этому, этому… — Джек задохнулся от возмущения, не находя достаточно уничижительных слов. Его мрачный взгляд был готов испепелить Еуджена Маня, и без того находившегося в полуобморочном состоянии.
Молдавского представителя осторожно подняли, поддерживая под руки и подталкивая в спину, двое остальных участников дипломатической авантюры, испытывавшие немалое облегчение. Под суровым взглядом агента ФБР они невольно отступили назад, и Маня вновь слегка пошатнулся. Джек вздохнул — Контакт был под угрозой. Не ведая о высоких парапсихологических материях, агент решился на прямое нарушение инструкций.
— Друг! — с фальшивой улыбкой заявил он осчастливленному неожиданной поддержкой молдаванину, — Мы пойдем туда вместе!