И он запер дверь и снова зашагал по кабинету.
Докторша подошла к окну в зале, прижалась лбом к холодному стеклу и долго прислушивалась, как за дверями шуршали по ковру шаги ее мужа. Шаги то прерывались, то снова возобновлялись.
Прошло полчаса. Прислуга доложила, что обед подан.
-- Обедайте без меня, -- ответил, не отпирая дверей, доктор, когда жена позвала его.
Она постояла несколько секунд у запертых дверей, и с опущенной головой, тихо пошла в столовую, где ждали ее мать и сестра.
А доктор продолжал ходить, все более и более погружаясь в бездну сознания обрушившегося на него несчастия.
-- Подлец!.. Подлец!.. Подлец!.. Что он со мной сделал! -- шептал доктор, сжимая кулаки и потрясая ими в воздухе.
Путаясь, перескакивая одно через другое, повторяясь, сменяя друг друга и возвращаясь к началу, проносились у него в памяти картины и сегодняшнего дня, и дней давно прошедших, и дней грядущих, так или иначе с сегодняшним днем связанных.
Разве он виноват, что все это так вышло? Разве он хотел этого? Разве он не хотел, наоборот, чтоб все было иначе, чтоб операция кончилась благополучно? Положим, он ошибся в диагнозе. Но разве нельзя ошибиться?.. Да нет -- он даже и не ошибся... А все-таки все и во всем обвинят его, и подлый Лойола будет ликовать, будет клеветать на него... и на его неудаче строить свое благополучие! Начнется всеобщая травля... О, за что, за что...
Доктор опустился в старинное, вольтеровское кресло и, закрыв лицо руками, облокотился на письменный стол.
Он не слыхал, как в передней раздался звонок, как лакей отпер двери; но до него долетел резкий возглас в передней:
-- Где убийца?!
Доктор приподнялся, сдвинул брови и насторожился.
-- Где твой барин?.. Где этот докторишка? Дай мне его сюда! -- продолжал раздаваться за дверями безумный, крикливый голос, переходя из передней в залу.
"Это ее муж..."
Доктор услыхал шаги этого господина в зале и услыхал в то же время, как лакей пробежал в столовую, как там задвигались стулья. Тогда он быстро отпер двери из кабинета в залу. В дверях на противоположной стороне он увидал группу: его жена, теща и свояченица, испуганные, бледные, смотрели, что случилось. А среди залы стоял худощавый, пожилой господин, почти старик, в шубе и шапке. Он был в крайне возбужденном состоянии, жестикулировал и что-то шептал.
-- Что вам угодно? --спросил его несколько надменным тоном доктор.
-- А! Ты вот где! -- закричал посетитель, бросаясь с поднятыми кулаками на доктора.
Доктор с спокойным видом встал в оборонительную позу, а нежданный гость, трясясь и топая ногой, кричал ему в лицо:
-- Убийца! Мясник!.. Что ты сделал, что ты сделал! Ведь ты зарезал ее! Отдай мне, отдай мне мою жену!.. Под суд тебя, мерзавца!
Посетитель при этом почему-то вдруг снял шапку и еще громче крикнул:
-- В Сибирь, на каторгу! Слышишь ты!.. Я тебя на дуэль вызываю, слышишь! Убью тебя, сам убью!.. Вот ты попробуй, как сладко умирать-то!.. Ах, ты, ах ты, а!.. Что ты сделал, что ты сделал! -- докончил он упавшим голосом.
-- Успокойтесь, -- несколько пренебрежительно сказал доктор, -- вы сами не знаете, что говорите, и не понимаете того, о чем говорите.
-- А ты понимал, когда резал! Ты понимал? -- продолжал волноваться посетитель. -- Отчего вы Игнатья Фомича не послушали? Ведь он говорил вам, говорил?
-- Ну и дали бы делать операцию вашему Игнатью Фомичу, -- раздраженно крикнул доктор, и глаза его сверкнули зловещим огоньком.
-- Да ведь тебя все знаменитостью-то прославили -- дороже всех берешь. А я разве чего-нибудь жалел. Ведь я жену-то хотел в Петербург везти. Ведь ты себя выше всех поставил. Профессор! Первый резак. Лучше столичных! Вот и зарезал... Ах, что ты наделал! Что ты, что ты...
-- Ошибки всегда возможны...
-- А тысячу рублей требовать не ошибался? А драться не ошибался? Да как ты смел, как ты смел! Ведь тебя засудят! Ведь казнить вас мало-с за эти поступки. Четвертовать вас, сударь, нужно. Ведь вы послушайте-ка, что Игнатий-то Фомич говорит...
-- Мне дела нет до того, что про меня говорят, и в особенности, что говорит Игнатий Фомич, -- сдерживая накипающую злобу, сухо произнес доктор. -- Я добросовестно делал свое дело, и какие бы последствия его ни были, я знаю, что я прав. Что же вам собственно от меня угодно? Зачем вы пожаловали ко мне?
-- Зачем? А, зачем?.. Чтоб заплатить тебе за все, за все, слышишь! Вот зачем. На вот, на вот, возьми, по уговору...
И с этими словами посетитель швырнул в доктора пачкой сторублевых бумажек, которые, не долетев, рассыпались по полу. Доктор посторонился.
-- И чтоб сказать тебе, что ты убийца, что этим мои счеты с тобой еще не кончены. Под суд тебя отдам!..
-- Деньги ваши можете собрать, -- надменно сказал доктор. -- Я получу их от вас тогда, когда мой образ действий будет признан правильным. А за сим, что еще вам от меня угодно?