Капитан не выпустил нас с «Поллукса», пока не удостоверился, что пространство вокруг безопасно.
– Близко не подходить, сбросить «птиц» и назад, – капитан Белфорд не уставал повторять нам каждый раз одно и то же.
– Есть, – нам не терпелось вылететь с корабля.
Иосиф помог нам облачиться в скафандры.
– Майк, ты эти скафандры сам-то мерил или так, по рисунку, согласился? – пыхтя спросила я.
И раньше-то упаковаться было делом непростым, а сейчас без посторонней помощи было просто не обойтись.
– Ты не нашла другого времени для этой дискуссии? – спросил мой брат.
– Не нашла, – кивнула я, благо шлема на мне не было.
Майкл что-то пробурчал невнятное в ответ, и мы разошлись по ангарам.
– Чего ты к нему цепляешься? – спросил меня Барт, когда мы поднялись на борт «Кастора».
– Да потому, что действительно неудобно! Все надо делать самой, – я села в свое кресло и активировала панель управления, решив по возвращении на Землю заняться еще и этим – скафандрами.
– Зато вон сколько степеней защиты, – Барт занял свое место, – все сегментировано, как ты и хотела. Да, подвижность страдает, но радиацию и давление держит…
– Я в нем неповоротлива, как плюшевый медведь! – не сдавалась я. – Запустить двигатели! – привычно скомандовала я, прервав беседу. – Протестировать системы!
Мы провели все штатные проверки, и капитан выпустил нас с корабля.
Медленно мы приближались к нашей находке. Торопиться не хотелось.
– Запускай «птиц», – скомандовала я, когда мы подошли на достаточное расстояние.
Барт сбросил «птиц» и активировал планшет.
– Выглядит целым… – его голос звучал удивленно, – пара царапин по корпусу, скорее всего, по касательной… Батареи целы, функционируют…
– Почему двигатели молчат? – не выдержала я.
– Вот – пробой топливной системы, но остальное все в норме…. – Барт перелистывал поступающие изображения.
– «Джуниор», у нас пробой топливной системы, что у вас? – тут же связалась я с Майклом, который находился с другой стороны корабля.
– Левый двигатель в хлам, – отозвался он, – батареи работают.
– Принято, – я переключила частоту: – Капитан, можно «покрутиться» для синхронизации?
– «Кастор», разрешаю.
Я «поставила» шаттл над люком входа и сделала с кораблем несколько витков.
– Каждый раз как первый, – процедила я чертыхаясь.
Барт терпеливо управлял двигателями.
– Не так просто, как кажется, – в его голосе было удивление.
Ну да, раньше я занималась этой эквилибристикой без него.
– Следи за горючим, – сказала я, не сводя глаз со злополучного люка на экране, – это же надо было сделать такую бестолковую систему!
Мой возглас не требовал ответа. Барт выполнял мои указания, и, после пяти синхронных витков подряд, мы на остатках горючего пошли домой.
Когда мы пришли в рубку, капитан подтвердил наши выводы – системы жизнеобеспечения корабля в норме и работают.
Привычная голограмма висела в пространстве рубки, и все внимательно ее изучали.
– Люди на борту могут быть живы? – с надеждой спросил Патрик.
– Могут, если не вышли из своих камер и не умерли от старости, – осадила я его оптимизм. – За такой срок что угодно могло произойти, – добавила я, наткнувшись на тяжелый взгляд Барта.
– Морган права, – вступил в разговор Генри Хейворд, – срок огромный даже с учетом парадокса времени.
– Все равно быть на борту предельно внимательными, – капитан посмотрел на Барта и Джейка, которым предстояло высадиться на корабль, те кивнули. – Все, отправляйтесь. Патрик, наблюдение.
– Есть, сэр! – успела услышать я, покидая рубку.
Иосиф сидел справа от меня, и все было штатно. Парни спустились на тросах к кораблю, Майкл их запустил и вернулся обратно.
Барт и Джейк начали обход с отсека у реактора. Заключенные.
– Камеры работают. Крышки матовые, ничего не видно… Жизненные показатели в норме… Не знаю, какая здесь норма, но они все живы… Реакторы разбиты, видимо поэтому уровень радиации почти норма.
Они медленно двинулись вперед.
– Ученые… Камеры работают… Все… Да, все живы, – Барт махнул рукой, и они с Джейком поплыли в последний отсек.
– Майкл, готовься – последний отсек, сейчас закончат, – связалась я с братом.
Команда тоже была жива, по крайней мере по показателям, что там внутри камер, без их вскрытия мы узнать не могли, а вскрывать функционирующие камеры не имели права.
– Принято, на выход, – скомандовала я им и открыла шлюз Майклу. – Майкл, пошел.
Он скользнул вниз с тросами и повернул затвор люка.
Шаттл затрясло.
– Капитан, это «Армагеддон»?! – спросила я.