Он вынул из тазика промытый бензином карбюратор и теперь обтирал его ветошью. Воротина грохнула, откинутая к стене ударом ноги, и в гараже появился Одному. Сказать, что вид у него был супер, это человека обидеть. На носу, словно он в них родился, сидели огромные итальянские солнцезащитные очки в хромированной оправе, выменянные на импортную янтарную заколку у парикмахерши с Кировского проезда.
- Всем привет! - объявил Одному и ослепительно улыбнулся.
После солнечного света в полутемном гараже он ничего не видел, но очки не снял. Свою кличку Коля Шеллер получил в школе, когда сказал, что так зовут старика, который был покорен Перуну. Еще у него была большая французская пластинка. Мы выучили наизусть текст одной песни – название забыл – которую хриплым голосом пел какой-то мужик. Она состояла из двух фраз и звучала минуты две с половиной: «Matilda, ооh! Matilda, аааh!». Высоцкий с Б. Каретным отдыхал. Альфонс с Д. Смитом – тем более.
- Садись, - прошелестел Слава.
Гость не захотел пачкать «Монтану», поэтому отклонил это предложение как неприемлемое и остался стоять, водрузив одну ногу на покрышку.
- Что имеете сообщить, сэр? - поинтересовался Слава.
- Мою тачку второй день косоглазые пасут.
Одному губами прихватил сигарету и вытащил ее из полупустой пачки.
- Не кури, - сказал Слава.
- Почему?
- Бензин, - пояснил Слава и кивнул на тазик, где мыл карбюратор.
Запах бензина, действительно, стоял сильный, хотя я его уже особо и не ощущал. Бедный шнобель, то парфюм на него женский импортный, то бензин высокооктановый отечественный. Но паров было много. Одному спрятал сигарету в нагрудный карман рубашки:
- Экселенц, моя информация вас не заинтересовала?
- Заинтересовала, - ответил Слава, - давай подробности.
- Какие подробности? - удивился Одному, - пасут и пасут.
- Где? - спросил я.
- Тачка в Харитонии стоит.
- И чего?
- Ничего. Столько времени никто на выпас не тратит. На третий день или отбой, или угон.
- Сам-то что думаешь?
- Думаю, угандошат.
- Дела, - сказал Слава.
Одному промолчал.
- Пойдем, пива попьем, - предложил я.
- Я на подсосе, - ответил Слава.
У меня тоже не было ни копейки, но я об этом как-то не подумал, брякнул на автомате.
- Проставляюсь, джентльмены - сказал Одному.
- Подумать надо, - Слава тянул время, поскольку еще не принял решения, как распорядиться полученной информацией.
Я встал, осторожно распрямляя негнущиеся ноги, осторожно потянулся и зачем-то проверил карманы тяжелого брезентового фартука, висевшего на гвозде слева от меня. Ничего там не обнаружил, поискал глазами что бы еще сделать, но не нашел и снова уселся на покрышку.
- Эээ, - выдал Одному.
- Ты чего? – не понял Слава.
- Я говорю, третий день сегодня. Или вы вписываетесь, или я тачку переставлю.
- Пастушок один или нет?
- Вроде, один, а может, и нет. Я на морду не различаю, сколько их там. У них представительство на Чистаках.
- Это плохо.
- Почему?
- Потому, что суфлера ты не заметил, - пояснил я.
Одному озадаченно посмотрел на меня.
- Но вопрос интересный.
Ситуация с казахами открывалась с нового ракурса. Об их представительстве на Чистаках ни я, ни Слава даже не подумали. Эта очевидная, казалось, мысль пришла на ум только Одному. Этнический немец, Шеллер был готов не только нам помочь, но и за все хорошее вставить мыркымбаям по полной от имени великой германской нации и от себя лично. Однако ему требовались гарантии. Рисковать своим имуществом – белыми «Жигулями» первой модели – он не хотел. Копейки на дороге не валяются.
- Машина сейчас где? - спросил Слава.
- Во дворе.
Я и не слышал, как она подъехала.
- Пусть здесь постоит, а вечером что-нибудь придумаем.
- Окей, - Одному достал из кармана сигарету, повернулся и вышел во двор, хлопая рукой по карманам в поисках зажигалки.
После него остался запах парфюма. Даже бензин его не перешиб.
- Что будем делать? - спросил я.
- Ждать, - ответил Слава, - Кондрат должен подойти.
Кондрат не пришел.
Эпилог
Утром я позвонил Вике. Ответила Варвара Андреевна.
- Здравствуй, ты знаешь, мне бронза не нравится, я её выброшу. Вот золото или серебро – другое дело.
Семейка, *****.
- Зачем же выбрасывать, ведь ты эту медаль завоевала в борьбе. - В какой борьбе? На брусьях!
Трубку взяла мамаша.
- Да.
- Чего звоню, привет, если не поздно, ты заяву на кооператив все-таки подай. Денег для первого взноса я тебе дам.
Вика обрадовалась.
- Не поздно. А деньги откуда?
- Деду спасибо скажи. Только не тяни, меня в больницу кладут.
- Ладно. У нас обыск был.
- Ого. Чего искали?
- Какой-то кастет.