Мальва достала из сумки небольшой стеклянный флакон, вылила несколько капель на пол и начала шептать заклинание.
Жидкость растеклась тонкой серебристой линией, которая медленно двигалась по камню, словно живая.
Мы замерли.
Линия достигла одного из символов, остановилась, затем резко изменила направление и потянулась к стене.
— Там, — прошептала Мальва.
За старым гобеленом обнаружилась узкая ниша. Внутри стояла небольшая каменная чаша, наполненная тёмной жидкостью.
Кровь.
Я почувствовала её запах раньше, чем успела увидеть.
Мальва приблизилась, но Северия схватила её за плечо.
— Не трогай.
На поверхности жидкости лежал маленький красный камень.
Я замерла.
Рубиново-красный, почти прозрачный, он отбрасывал на стены странные отблески. Внутри словно двигались тонкие тёмные нити.
Тот самый предмет, который Гектор передал Астрид в видении.
— Вот и наш свёрток, — тихо сказал Луц.
Он стоял у двери, прислушиваясь к коридору.
— Нужно уходить. Сейчас.
Мальва внимательно посмотрела на камень.
— Он связан с цепями. Если разрушить связь, Джесс освободится.
— Тогда разрушай, — сказала я.
— Не всё так просто. Камень питается кровью и магией. Если разбить его, энергия может высвободиться сразу.
— А если не разбивать?
— Мы не сможем снять цепи.
Я сжала кулаки.
— Должен быть другой способ.
Кетада осторожно коснулась медальона на шее Джесс.
— Возможно, есть.
Она сняла цепочку с шеи девушки и внимательно осмотрела оборотную сторону. Затем поднесла её к свету.
— Здесь защитная руна.
— Баала говорила об этом, — вспомнила я.
— Да. Если медальон действительно принадлежал её отцу, он мог быть создан специально для защиты ребёнка от подобной магии.
Кетада посмотрела на Джесс.
— Ты знаешь, как он оказался у тебя?
Джесс медленно покачала головой.
— Он был у меня с детства. Я всегда носила его. Мне говорили, что он принадлежал моей матери.
Кетада замерла.
— Твоей матери?
— Да. Я никогда не знала, кто она. В приюте сказали, что меня оставили у дверей младенцем. Медальон был единственной вещью, которая у меня осталась.
Кетада посмотрела на золотой металл так, словно увидела в нём нечто большее, чем просто украшение.
— Тогда Баала могла ошибаться. Возможно, медальон принадлежал не отцу, а твоей матери.
— Какая разница? — спросила я.
Кетада подняла на меня глаза.
— Большая. Если руна была создана для защиты Джесс от магии её собственной матери, она может блокировать воздействие Баалы. Но если она предназначена для защиты от внешней магии, то способна разрушить заклинание Астрид.
— И как нам узнать, что именно она делает?
Кетада осторожно приложила медальон к цепям.
На мгновение ничего не произошло.
Затем руны на серебристом металле вспыхнули ярко-красным светом.
Джесс вскрикнула.
Я бросилась к ней, но Кетада подняла руку.
— Не трогай!
Свет усилился. По цепям пробежали тонкие золотые нити, а затем одна из застёжек с громким щелчком открылась.
Джесс резко вдохнула.
Вторая застёжка поддалась почти сразу.
Цепи упали на пол.
Мы все замерли.
Джесс медленно села на кровати, потирая запястья.
— Это… это я сделала?
— Нет, — ответила Кетада. — Твоя сила просто отреагировала на защитную руну.
Джесс посмотрела на свои ладони.
— Но я ничего не произносила.
— Для некоторых ведьм заклинания не нужны, — объяснила Кетада. — Особенно для тех, чья магия связана с кровью и наследием.
Я помогла Джесс подняться.
Она пошатнулась, и Рик сразу подхватил её под руку.
— Осторожно.
— Я могу идти.
— Конечно. И я могу летать, но почему-то предпочитаю ходить.
Джесс слабо улыбнулась.
Я обняла её, стараясь не причинить боли.
— Мы уходим. Сейчас же.
И именно в этот момент за дверью раздался голос Астрид.
— Как трогательно.
Я застыла.
Луц мгновенно оказался рядом со мной, заслоняя собой Джесс.
В дверном проёме стояла Астрид.
Её длинные белые волосы свободно спадали на плечи, а на губах играла спокойная улыбка. За ней находились Кассиан и ещё двое ликанов.
Но взгляд Астрид был прикован не ко мне.
Он остановился на Джессике.
— Я ведь предупреждала, что тебе не стоит сопротивляться, дорогая.
Джесс вцепилась в руку Рика.
— Иди к чёрту.
Улыбка Астрид стала шире.
— Какая грубость. Тебя совсем не научили манерам?
— А тебя не научили не похищать людей?
— Я не похищала тебя. Я вернула то, что принадлежит мне.
Я почувствовала, как внутри поднимается ярость.
— Она не вещь.
Астрид медленно перевела взгляд на меня.
— Лея Ротберг. Какая неожиданная встреча.