В этот момент в коридоре послышались быстрые шаги.
На пороге появился Эрик.
Он был мокрым от дождя, волосы прилипли ко лбу, а на лице застыло выражение, которого я раньше у него почти не видела.
— Лея, нам нужно поговорить.
Я поднялась.
— Что случилось?
Эрик посмотрел на Бергиту.
— У старого моста мы нашли следы. Их было трое. Двое ушли в лес, а третий направился к дому отдыха.
— Вы нашли его?
— Нет. Но нашли кое-что другое.
Он достал из кармана небольшой металлический предмет и положил на стол.
Это была старая серебряная пуговица.
На её поверхности был выгравирован волчий профиль.
Я узнала её сразу.
Такие пуговицы носили члены нашего старого рода. Мне показывала одну из таких Ферн. Их изготавливали ещё во времена моего деда, и после гибели родителей они практически исчезли.
Я медленно подняла взгляд.
— Откуда она у тебя?
— Лежала в грязи возле моста.
Бергита побледнела так сильно, что мне показалось, она сейчас упадёт.
— Нет, — прошептала она.
Я повернулась к ней.
— Что?
Она покачала головой.
— Этого не может быть.
— Бергита, что происходит?
Она подняла на меня глаза.
— Эту пуговицу носил Самуэль.
Мой отец.
В комнате стало тихо.
Я посмотрела на серебряный предмет, лежавший на столе.
— Ты хочешь сказать, что кто-то из наших людей был у моста?
— Нет, — ответила Бергита. — Я хочу сказать, что кто-то пытается заставить тебя поверить, будто твой отец жив.
Я не помню, сколько времени смотрела на пуговицу.
Слова Бергиты звучали разумно. Слишком разумно. Если кто-то хотел заманить меня в ловушку, ничто не подходило лучше, чем напоминание о человеке, которого я никогда по-настоящему не знала, но всю жизнь пыталась найти.
Однако в глубине души уже поселилась надежда.
Глупая, опасная, почти детская.
А вдруг?
А вдруг отец действительно выжил? А вдруг Гектор солгал? А вдруг где-то существует правда, которую от меня скрывали все эти годы?
— Лея.
Голос Луца вернул меня в реальность.
Он стоял рядом и смотрел на меня с тревогой.
— Не позволяй этой вещи управлять тобой.
Я сглотнула.
— Я знаю.
Но это была неправда.
Пуговица уже управляла мной.
Она тянула меня к мосту, к лесу, к тому месту, где кто-то оставил послание. Я чувствовала, как волчица внутри меня беспокойно ходит по кругу, словно тоже уловила знакомый запах.
— Я хочу проверить место, где её нашли, — сказала я.
— Нет, — немедленно ответил Луц.
— Луц…
— Нет, Лея. Ты не пойдёшь туда одна.
— Я и не собиралась.
— И не пойдёшь с нами. Сначала мы выясним, нет ли там магической ловушки.
Я посмотрела на него, готовая возразить, но Фернаэль, до этого молча наблюдавшая за нами, вдруг произнесла:
— Пусть идёт.
Луц резко повернулся к ней.
— Фернаэль…
— Не перебивай старуху, мальчик. Я сказала, пусть идёт. Но не сейчас и не без подготовки.
Она поднялась с кресла и подошла к столу.
— Лея, если кто-то оставил эту пуговицу намеренно, он рассчитывает, что ты отправишься на поиски отца. Это может быть ловушка. Но если мы не проверим след, мы никогда не узнаем, кто стоит за посланием.
Я кивнула.
— Значит, мы пойдём вместе.
— После того, как Ольга проверит предмет на магические следы, — уточнила Фернаэль. — И после того, как мы подготовим защиту.
Я посмотрела на Луца.
Он явно был недоволен, но спорить не стал.
— Хорошо, — сказал он. — Но если мы обнаружим хоть малейший признак опасности, возвращаемся.
— Договорились.
Я снова посмотрела на пуговицу.
Если кто-то пытался заставить меня поверить, что отец жив, я собиралась выяснить зачем.
А если он действительно был жив…
Я не позволяла себе закончить эту мысль.
Потому что надежда порой оказывалась страшнее отчаяния.
Ольга провела проверку через час.
Она сидела за столом в маленькой комнате рядом с библиотекой, положив серебряную пуговицу на кусок белой ткани. Вокруг предмета были рассыпаны сушёные травы, а рядом стояла небольшая чаша с водой.
Кетада помогала ей, удерживая защитный круг.
Я стояла у двери вместе с Луцем и Бергитой.
— Здесь есть следы магии, — наконец произнесла Ольга.
— Какой именно? — спросила я.
— Старой. Очень старой. Но она не принадлежит ведьмам.
Бергита закрыла глаза.
— Хранители.
Ольга кивнула.
— Похоже на то.
— Можно узнать, кто оставил предмет? — спросил Луц.
— Не напрямую. Но я могу попробовать увидеть последние мгновения, когда пуговица находилась в руках другого человека.
Она положила пальцы на край чаши.
Вода потемнела.
Сначала ничего не происходило. Затем на её поверхности появилась рябь, и я увидела отражение лесной дороги.