- Пока не за что, миссис Оуэн, отправляйтесь домой, проспитесь.
На душе скребли кошки, потому что второй раз я подвел своего друга. Но еще сложнее было от того, что я не мог понять причину. Решив, что сейчас я не могу помочь, решил уехать обратно. Я позвонил Артуру и тот забрал меня. Пора бы купить свою машину.
- Как Кайл?
- Все в порядке, сейчас он спит, так что до завтрашнего дня пробудет в больнице.
- Не вини себя, приятель. В том, что произошло нет виноватых, ты и знать не знал, что это случится.
- Я догадывался, но не думал, что это все-таки случится. Он казался веселым, когда пришел, а еще умным, чтобы этого не допустить. Мы поговорили и он заверил меня, что с ним все в порядке. Какой же я глупый…
От Артура ответа не последовало, поэтому оставшуюся дорогу проехали молча, а сразу после этого я пошел в подвал, чтобы отпустить волну негодования вместе с медитацией.
Чтобы не думать, я старался мысленно считать вдохи и выдохи. Каждый раз когда я сбивался со счета, приходилось начинать сначала. Это и правда помогло, мыслей не было, эмоций тоже. Чувство пустоты внутри меня, от него становилось лучше.
Я просидел в неподвижном состоянии до утра. Стоило солнцу появиться на горизонте, я сорвался в больницу. Когда я зашел в палату, Кайл смотрел в окно.
- Тук-тук, я войду?
- Все равно не смогу помешать тебе.
Я сел рядом с его кроватью. Мне хотелось расспросить его обо всем, что случилось, почему он так сделал и что будет дальше. Но пока я решался, Кайл, в который раз, сам прервал тишину.
- Я знаю, ты хочешь узнать почему это произошло, так что задавай свои вопросы.
- Как так произошло? Почему ты вообще решил закончить свою жизнь таким путем? Я всегда рядом, ты можешь в любую минуту обратиться ко мне и я помогу тебе со всем!
- Почему так трудно понять это. Я калека! Я не могу даже передвигаться без чьей-либо помощи или без опоры на эту глупую палку! Я хотел вернуться к обычной жизни, ходить самостоятельно , чтобы не зависеть от кого-либо. И ты сам видел, что у меня прекрасно это выходило. А все благодаря таблеткам. Мне выписали их от боли в колене, а когда я понял, что могу ходить не ощущая боли и для этого нужно всего лишь выпить на таблетку больше, уже не мог остановиться.
После той ночи, я понял насколько слаб. Мне было так неспокойно, а я даже не мог выразить своих чувств в полной мере. Я не хотел, чтобы меня жалели, но когда ты завел тот разговор, я почувствовал себя таким ничтожным, что голова отключилась. Я помню как проснулся у тебя на руках.
Ты оказал мне помощь и я за это я буду благодарным до конца твоих дней. Но сейчас, прошу тебя, ни при каких обстоятельствах не вспоминать то, что произошло. Ни аварию, ни это. Словно ничего и не было, я обычный Кайл, а ты обычный Джон, хоть и шерстяной.
- Я обещаю тебе. Только запомни, что бы не случилось, ты всегда можешь поговорить со мной. Доверие наше все, помнишь?
- Помню, а сейчас иди, я устал и хочу спать.
Мы попрощались и я пошел домой. Артур разрешил появляться там днем, а на ночь, на всякий случай уходить к нему. Когда я пришел, мама сидела на диване и о чем-то разговаривала по телефону. Пока я был на кухне, смог понять, что она говорит с мамой Кайла, а значит лекции о вреде наркотиков и прочей ерунды не избежать.
Пользуясь возможностью, я попытался улизнуть из дома, но не вышло. Мама преградила дорогу и молча обняла меня. Мы простояли в немых объятиях несколько минут, после чего она также молча отошла и я смог уйти в школу.
В школе все было как обычно, за исключением ярких плакатов на стенах. После того, как город всполохнула новость о подростке, с попыткой самоубийства. На стенах полыхали пестрые надписи о том, как ценна жизнь и что не стоит губить ее злоупотреблением алкоголя и применением наркотических веществ.
Я отчаянно боролся с желанием сорвать их со стены, но все-таки провалил это испытание. Гнев во мне нарастал, а боль, что осталась с прошлой ночи, гулким эхом отзывалась в голове. Я старался дышать, но голова кружилась и я понимал, что еще немного и я вновь потеряю контроль.
Резкое движение руки и я оказываюсь в подсобке. Я закрыл глаза и облокотившись на стену, потихоньку стал успокаиваться. Как только голова перестала кружиться, а пульс пришел в норму, я понял, что всё это время в кладовке был кто-то еще.
Пройдя за очередной стенд, я увидел Стейси. Она сидела на полу, вся в слезах, но стоило мне подойти ближе, как она резко поднялась на ноги и попыталась уйти.
Я мягко, но при этом настойчиво взял ее за руку, чтобы она остановилась. Я чувствовал все смятение между нами, как чувства накалились и между нами образовалась ниточка искр, состоящая из недосказанности, что осталась с того вечера.