И тогда из кустов раздался пронзительный крик. Не выдержав, Нэнси вскочила на ноги и сломя голову бросилась бежать прочь от этого жуткого места. Оба полицейских повернулись и сразу увидели ее. Капрал, не мешкая, присел и начал целиться, но сержант тут же закричал на него.
— Ты что, спятил?! Она нужна нам только живая. Живая, понял? Не дай ей уйти. Быстро за ней!
Полицейские кинулись вслед за Нэнси. Добежав до опушки, девушка нырнула в лес и, не разбирая дороги, помчалась так быстро, как только могли нести ее ноги. Преследователи шли по пятам, но не слишком спешили, будто наперед знали, что теперь ей никуда от них все равно не деться Они будто играли с ней, не догоняя, но и не теряя из виду, словно хотели, чтобы девушка поскорее выбилась из сил. Всякий раз, когда Нэнси оборачивалась, она видела их широкие шляпы. Сержант с капралом в точности повторяли ее маршрут, и как она ни старалась запутать следы и сбить их с толку, все было совершенно бесполезно.
Наконец, выскочив из леса, Нэнси очутилась на проселочной дороге — той самой, по которой еще вчера проезжал их фургон. Она бросилась вперед по этой дороге, не переставая время от времени оглядываться и прикидывать, насколько отстали ее преследователи, но, завидев их, поняла, что уйти шансов нет, и стала кричать о помощи, одновременно ища глазами место, где можно было бы укрыться и получить защиту.
Выбежав на дорогу, полицейские сперва подумали, что девчонке удалось все же их перехитрить. Но это было не так: просто Нэнси успела скрыться за ближайшим поворотом уходящей вдаль лесной просеки. Замешкавшись, они стали судорожно соображать, в каком направлении могла двинуться их жертва. Придя к заключению, что вправо она никак не могла побежать, иначе была бы еще в поле зрения, они, не сговариваясь, ринулись к повороту по левую сторону. Выйдя на дорогу, мужчины прибавили ходу, чтобы наверстать упущенное расстояние. И хотя оба уже начинали задыхаться от быстрого бега, ни один из них все же не сбавил набранной скорости.
Наконец Нэнси приметила вдалеке большой старый дом из красного кирпича с высокими белыми колоннами перед входом и свернула на ведущую к нему укатанную дорожку, надеясь найти здесь убежище и защиту. Подбежав к парадному входу, девушка стала отчаянно колотить в дверь и дергать за ручку. Все это время она не переставала громко кричать, рассчитывая, что хозяева услышат ее, откроют и пустят внутрь. Но никакого ответа не было. Хозяева не появлялись. Тогда Нэнси обежала вокруг дома и стала ломиться в заднюю дверь. И хотя та, по всей вероятности, тоже была заперта, под усилиями рук и ног Нэнси она в конце концов подалась и раскрылась настежь. Нэнси влетела внутрь и, захлопнув за собой дверь, тут же закрыла ее на замок и огромную медную задвижку.
Оглядевшись, девушка поняла, что находится в кухне. Тяжело дыша, она испуганно озиралась по сторонам, пораженная невероятными размерами этой кухни и особенно громадным мраморным камином в колониальном стиле, зачем-то построенном здесь в самом углу. Потом ее взгляд упал на большущий буфет в противоположном конце помещения. Сделав несколько торопливых шагов, она очутилась возле буфета и попыталась открыть верхний ящик, но, очевидно, сделала это слишком резко. Ящик выдвинулся на всю длину и, упав на пол, с грохотом перевернулся. Все содержимое — а здесь было в основном столовое серебро — с оглушительным звоном рассыпалось по полу, больно ударив Нэнси по ногам. Она присела на корточки и, роясь в столовых приборах, стала искать среди них ножи, однако, к своему великому разочарованию, обнаружила, что их там нет. Все предметы, рассыпанные по кухне, оказались вилками и ложками разных размеров. Это несколько удивило Нэнси, хотя времени на обдумывание столь странного факта у нее сейчас совсем не было. Ей необходимо было срочно найти предмет, которым она могла бы обороняться, если преследовали ворвутся в дом.
Резко повернувшись, Нэнси выбежала из кухни и, переступив порог, очутилась в столовой еще больших размеров. Посередине комнаты за обеденным столом сидела женщина в белом платье и сама с собой играла в карты. Эта довольно странная молодая женщина, лишь ненамного старше Нэнси, продолжала невозмутимо перекладывать карты, будто и не замечала присутствия в доме постороннего человека. Ее черные волосы были собраны в аккуратный тугой пучок. Наконец она повернула к незнакомке свое красивое спокойное лицо и одновременно выложила на стол еще одну карту.
Нэнси была поражена таким равнодушным безразличием хозяйки дома.
— Я… я думала, что здесь никого нет, — запинаясь, проговорила она. — Я же стучалась к вам и просила о помощи! Вы разве не слышали меня?.. У вас тут есть телефон?
Но молодая женщина не ответила ни на один из этих вопросов, а лишь отвернулась и продолжила с прежним безразличием раскладывать карты.
— Вы что, глухая? — изумилась Нэнси. Так и не получив ответа, девушка заглянула в соседнюю комнату, дверь которой была распахнута настежь, и в тот же миг отпрянула с пронзительным воплем. Там с идущих крест-накрест балок под потолком свисали два изуродованных трупа. Это были мужчины, одетые в одно лишь залитое кровью нижнее белье. Из тела каждого несчастного торчало по несколько ножей, что и объясняло их отсутствие в кухне в ящике со столовым серебром.
Напуганная жутким зрелищем, Нэнси и не заметила, что в той же комнате, чуть правее свисающих трупов, стоит уже знакомый ей урод в фермерском комбинезоне.