Плотно сжав челюсть, я взглянул в сторону Джейд и заметил короткий кивок. Она верит ему.
— Почему я должен верить тебе? — вздернув подбородок, интересуюсь я.
— А ты и не должен, ведь ты уже поверил мне. Еще год назад.
Бам!
Что это значит? Какого черта?!
— Да, Остин, мы общались с тобой.
Кивок и перекат с ноги на ногу.
Два парня, что стояли по обе его стороны заметно расслабились.
На секунду прикрыв глаза, я вижу перед собой черный дубовый стол. На нем стоит стакан с водой, а рядом несколько фотографий. Виктор показывает их мне, а я чувствую разочарование. Возможно, ненависть и злобу.
Сглатываю.
— Элизабет? — мой голос предательски вздрагивает, и это удивляет Виктора. — Это сделал Чарльз?
— Это мне неизвестно.
Он отводит глаза в сторону, и я понимаю, что он что-то утаил от меня.
— Лонг? — обращаюсь я к нему. — В какое время ты приехал к Прайс?
— Без десяти час, — отвечает вместо него Джейд.
Я улыбаюсь. Скалюсь как чертов идиот.
— Время смерти Элизабет 00:03. Время звонка Чарльза в полицию 00:06. Остается вопрос — если это сделал не ты, Виктор, то...
— Нет, — слышу я рядом. Это голос Лонга. — Он не мог.
— И почему же? — вскинув бровь, интересуюсь я.
Он смотрит на меня, как на идиота. Почему он не мог?! Между смертью и звонком три минуты. Пристрелил и позвонил. Почему он не мог?!
Ответа не последовало.
— Если всё действительно так, как ты говоришь, Виктор, то почему я узнаю об этом именно сейчас?
— Мы должны были быть осторожны. Чарльз ищет лазейки, чтобы выставить меня и мою команду в плохом свете. Это не так, — Виктор вздыхает, словно собравшись с мыслями. — После того, как я показал тебе фотографии и запись звонка Элизабет и Чарльза, ты пропал. Через несколько дней я решил приехать к тебе домой, но на месте твоего дома были руины. Мои парни принялись осматривать каждое кладбище в Лондоне, а когда поняли, что эта затея бесполезная, тебя уже забрали из больницы. Это мы узнали два дня спустя. От медсестры мы получили информацию, что у тебя была травма головы, и ты потерял память. Найти тебя под новым именем было действительно нелегко, но не легче было просто подойти к тебе и всё объяснить. Мы ждали момента, когда она поможет тебе вспомнить, — кивнул он в сторону Джейд. — Мы просто присматривали за тобой.
— Фотографии? Элизабет общалась с Чарльзом?
— Остин, я могу…
— Мне нужно видеть его, — подрываюсь я с места и направляюсь к двери.
— Остин? — зовет Виктор, и я оборачиваюсь.
Я жду, что он остановит меня. Начнет переубеждать. Но нет, он всего лишь...протягивает мне пистолет?
Рядом появляется Джейд, так же получив пистолет, засовывает его в брюки, а Лонг растерянно теребит галстук.
— Он всегда гордился тобой, — кивает мужчина.
— Я знаю, — бросаю и выхожу на парковку, толкнув дверь. Джейд идёт рядом, словно подбирая слова, как переубедить меня. Но нет.
Не переубедишь.
— Словно подарок судьбы, — слышу я позади себя, как только мы останавливаемся у лифта.
Боковым зрением я замечаю, как вздрагивают плечи Джейд, и оборачиваюсь.
На нас троих наставлены два дула пистолета, а на лицах их владельцев играет мерзкая улыбка.
И кто бы мог подумать?
— Действительно, — холодно проговариваю я, вытянув руку вперед. Купер усмехается, потому что Джейд делает то же самое.
— Казалось бы, совсем недавно я прикончил твоего отца на этом же месте, — парирует Чарльз. — А теперь пришла твоя очередь, и я сделаю это с еще большим удовольствием.
— И чем я тебе так помешал? — вскидываю бровь.
— Помешал? — усмешка. — Ты не давал проходу моей дочке. Сначала эта была какая-то мелкая интрижка, а затем ты словно вцепился в нее, даже не подозревая, что это я подставил её к тебе для слежки.
Дочь?!
Невольно вспоминаю наш с Элизабет диалог о том, что её отец против нашей свадьбы, и киваю сам себе.
Какой же ты кретин, Гленн.
— Правда, в последнее время мне совсем не нравилось её поведение. Она отказывалась копаться в твоих вещах и разбираться в том, зачем ты каждую субботу ездишь к Виктору.
— Ты прикончил свою дочь? — это не мой голос. Этот голос принадлежит Лонгу. — Ты убил Элизабет, только потому что она полюбила его?!
Клянусь, если бы в руках Гэвина оказался пистолет — Чарльз был бы уже мёртв.