— Нахрена?
— Есть предположения, мистер Холланд, что в гостях у Вас побывали люди, замешанные в аварии. И они всеми способами пытаются убрать свидетелей и, таким образом, приостановить суд.
Боже, сколько слов…и сколько блефа.
— Что за беспросветная херня?..
Да, Гэв, что ещё за…
—…Они ведь выплатили деньги.
— Да, но не та сторона, на которую повесили большинство обвинений, — поясняет он.
Боже, как умело!
Гэвин в очередной раз поправляет пиджак, и только я знаю, что это признак его нервозности.
— Ну и где моё новое жильё? — вздымает бровь и наклоняется чуть вперёд.
— Мы…в поиске, — теперь он поправляет галстук. Неужели он попал именно под тот взгляд…под которым хочется раствориться на месте.
— В поиске? — холод. Ледяной холод, от которого, казалось бы, даже мне стало не по себе.— В поиске, блять, че…
— Мистер Холланд, — перебивает Гэвин. Он устал сражаться с его словесной атакой, поэтому тут же переводит взгляд на меня, — мисс Прайс на некоторое время приютит Вас у себя.
О боже.
Он действительно это сказал.
— Я что, ёбаный щенок, чтобы она меня приютила? — возмущённо. Он кидает на меня быстрый, как бы говорящий: «Не принимай близко к сердцу, это я для пущего эффекта».
— Можем предоставить Вам общежитие, — хмыкнул Гэвин. Блеф. Не было никакого общежития.
Губы Уэльса кривятся в отвращении, и он выпрямляется, будто для себя закончив этот бесполезный спор.
Слишком.
Слишком похожий на того, кого я никогда не забывала.
Поворачиваюсь к Остину и устало произношу слова, которые не хотела бы произнести ни разу в своей жизни:
— Садитесь в такси, мистер Холланд, поживёте пока что у меня.
— Я не буду этого делать, — срывается с его губ.
Звучит обидно.
Я приоткрываю рот, чтобы сказать хоть что-то, но он тут же перебивает меня, видимо поняв всё по моему выражению лица.
— Ладно.
Разворачивается, садится на заднее сиденье, кидает какую-то грубость водителю в ответ на замечание по поводу отсутствия переноски для кота, а затем выжидающе смотрит на меня.
— Я должна завтра быть в штабе, и не могу оставить его одного дома.
— Предлагаешь мне за ним присмотреть? — вздымает брови Гэвин. — Я пущу ему пулю в лоб при первой же попытке нахамить мне.
— Как по-взрослому, — фыркнула я.
Поправляю платье и собираюсь направиться в сторону машины, как меня хватает мужская рука.
— Что происходит, Джейд?
— Ты о чем? — действительно не понимаю я.
Секунда.
Две.
— Ни о чем, — отпускает руку и делает шаг назад. — Я позвоню тебе. Вечером.
Закусив губу, киваю, и направляюсь в машину, откуда Уэльс, прищурив глаза, наблюдает за Гэвином.
Мне кажется, что если мы задержимся здесь ещё на минуту, он обо всём догадается.
В какой нормальной социальной службе пострадавшего подселяют к социальному работнику? Что за бред, Гэвин? Ты бы себя со стороны послушал.
Ладно у Уэльса голова отбита, но не пройдет и дня, как он остынет и начнет осознавать весь абсурд данной ситуации.
Я должна с этим что-то сделать, причём завтра же.
— Ай, — всхлипнула я, отдернув руку, в которую успел вцепиться рыжий комок шерсти. — Держи своего друга от меня подальше, — чистое раздражение.
Смех.
Я оборачиваюсь на звук и замечаю его улыбку.
— Какого именно? — спрашивает он.
Что?
О, нет.
Всего секунды хватило, чтобы загнать меня в краску.
Я устало роняю голову в ладони и тихо выдыхаю, ощущая, как хвост этой лохматой живности лупит меня по спине.
Какой кошмар.
На что я подписалась? И…что будет дальше?
Они знают, что он жив. Они знают его новое имя.
Они легко вычислять, что он летал в Шотландию…со мной.
А затем пробьют адрес моего дома. Придут и убьют нас обоих.
— Приехали, — говорит водитель, и я поднимаю голову.
Уэльс смотрит на меня с неким подозрением. Затем оборачивается, зачем-то взглянув назад. Влево, вправо.
— Да, я живу в двух кварталах от тебя, — выдыхаю я.
— Удобно, — это всё, что он говорит по дороге ко мне домой.
Я отпираю дверь, а затем толкаю её и делаю несколько шагов вперёд. Меня тут же встречает радостный лай маленького щенка, заставивший меня замереть.