— Ты мне врешь, — сказала она. — Почему тебе важно, знаю ли я о том, что происходит? Я — твоя жрица. Ты можешь использовать меня, как хочешь.
— Использовать? — он фыркнул. — С каких пор жрицы стали орудием Жутей? Ты — лишь пешка Мириам, и ты побежишь к ней со всеми моими словами на языке. Ты — гадюка в гнезде орлов, жрица. Не думай, что я ошибусь и подумаю, что ты не такая.
Рэя склонила голову. Она смотрела на стопки бумаг, которые застыли водопадом, съехав с края стола.
— Ты так боишься, что я монстр, но ты просто не знаешь, кто я. Ты не знаешь, расскажу ли я хоть что-нибудь Высшей жрице.
— Знаю. Все жрицы рождаются с одним желанием в их сердцах, — он строго указал на нее. — Бери у меня магию или уходи с пустыми руками.
Что-то изменилось в ее лице. Что-то исказило милое лицо, и он увидел маску жрицы.
— Если так сильно хочешь, чтобы я забрала твою магию, я могу предложить обмен.
— Обмен? — он не хотел с ней торговаться. Он хотел, чтобы она покинула его кабинет, чтобы он посмотрел на ткань алхимика и понял, что за темная магия текла в ней.
Но просьба была интересной.
Уриэль скрестил руки на груди. Белая рубашка натянулась на мышцах груди и рук.
— Что ты предлагаешь, жрица?
— Мы оба чего-то хотим. Ты хочешь, чтобы я пропала из твоей жизни и использовала твою магию. Эти желания противоположные, кстати.
Она облизнула губы, и это отвлекло его. Она должна была это знать. Уриэль не поведется на ее попытки соблазнить его. Если она думала, что у нее получится, ее ждало разочарование. Женщины красивее нее не смогли попасть в его постель. Прошлые жрицы хотя бы скрывали свои шрамы.
Он махнул рукой.
— Я думаю, что твой разум просто слишком прост, чтобы понять мои истинные желания.
— Думаю, мы оба знаем, что это ложь, — она отклонилась на стуле с удобством, словно это был трон. — С другой стороны, я хочу понять, что тут происходит. И я думаю, что только ты можешь раскрыть мне эти тайны.
Интересно. Она знала, как пробраться под его скорлупу и соблазнить его.
Уриэль прищурился.
— Ты хочешь от меня… что? Чтобы я сказал, зачем привез сюда жриц?
— Я хочу, чтобы ты рассказал, почему не даешь Жутям видеться с моими сестрами. Я хочу знать, почему Высшая жрица послала нас сюда под предлогом, что вы могли нас выбирать. И больше всего я хочу понять это место и твой народ.
Вот так поворот. Он не слышал такого раньше, и ее игра его интересовала. Ни одна жрица не делала чего-то, не желая что-нибудь взамен. Она хотела информацию? Как заманчиво.
Он сцепил пальцы и прижал их к подбородку. Тень его рогов упала на стол, тянулась к ней, свет за ним трепетал.
— Звучит так, словно ты получишь больше, жрица. Я получу только уединение. А ты магию и информацию.
— Ты хочешь, чтобы я взяла у тебя силу.
— Потому что я жду, что ты ее украдешь. Я не желаю, чтобы ты у меня что-то забирала, жрица. Я просто понимаю, какие у нас отношения.
Напряженные мышцы ее плеч выдавали гнев. Ее лицо не изменилось, но она ощущала бурю. Почему-то он гордился, что задел ее.
Она глубоко вдохнула, а потом она сказала:
— Рэя.
Он приподнял брови.
— Да?
— Меня зовут Рэя.
— Ты уже мне говорила об этом, жрица, — куда она клонила? Она забыла прошлую ночь? Может, это была уловка, чтобы он верил, что она не помнила ничего плохого. Может, она думала, что он не знал, что она побежит к Мириам рассказывать ей о Жутях, сошедших с ума. Мириам ее ждала.
— Да, я говорила, но ты будто не можешь произнести мое имя. Я подумала, что тебе нужно напомнить о нем, — она сцепила ладони на коленях и улыбнулась. — Я знаю, что тебя зовут Уриэль, хотя ты не разрешал мне называть тебя так. Ты — Лорд поместья и Жутей, и мне было бы грубо звать тебя по имени без позволения. Я — просто твой скромный слуга. Мое имя использовать можно.
— Мой скромный слуга? — он покачал головой. — Думаешь, что я поверю, что тебя послали служить мне?
— Я была ученицей перед тем, как ты меня выбрал, Лорд. Ты мог оказаться в паре со многими женщинами, но только я собираюсь служить тебе. Я не знаю, как делать что-нибудь еще.
Хоть она держала спину прямо и гордо, он видел, как тяжело ей было это говорить. Она не гордилась тем, что была ученицей. Она или хорошо играла, или говорила честно.
Уриэль вспомнил, как она смотрела на то, что делали другие жрицы. Как отпрянула от него с огромными глазами. И, конечно, вспомнил, что она еще не использовала свою магию.
— Я соглашусь на твои условия, — ответил он. — Но сначала эксперимент.