Самая робкая жрица, крохотная блондинка с большими глазами и румяными щеками, шагнула вперёд.
— Мой Жуть сказал, что сзади замка есть тайный вход. Туда приходят и оттуда уходят Жути, потому что он над краем утеса.
Рэя знала об этом входе. Она пришла через него, хотя не знала, почему он считался тайной. Дверь не была скрыта.
Лорел перебила следующую жрицу:
— Мой сказал, что их крылья очень чувствительные. Мембраны можно легко порвать, и когда я спросила, почему он боится этого, он сказал, что Жуть не может летать с порванным крылом.
Почему они рассказывали ей то, что можно было назвать слабостью Жути? Рэя размышляла, и ужас медленно рос в груди.
Уриэль был прав. Высшая жрица старалась собрать как можно больше деталей. Не просто из интереса, чтобы понять существ, с которыми они работали, а детали, которые дадут ей преимущество. Они хотели напасть на Жутей?
Ее разум был полон вариантов. Она пыталась сосредоточиться на том, что говорили жрицы, запоминала то, что они узнали.
Она сделала два вывода. Первое: Высшая жрица хотела знать все слабости Жути, но причина была ужасной. Второе: Жути знали, что она искала. Все, что они открыли жрицам, было выдано осторожно, чтобы казалось, что жрицы работают, но чтобы Высшая жрица не узнала что-нибудь новое.
Жути перехитрили ее. Она просто еще не знала этого.
— Рэя.
Слово пробило ее мысли, наполнило холодом. Она помнила этот тон из детства. Высшая жрица хотела ударить ее по лицу или бросить в комнату наказания для непослушных детей.
Комната была черной бездной. Они бросали хлеб сверху каждый вечер, чтобы дети не умерли. Рэя как-то провела там неделю, пока ее не выпустили.
Сглотнув, она попыталась подавить страх. Она уже не была ребенком. Высшей жрицы тут не было, просто видение из воды. Она не могла ранить Рэю.
Рэя на это надеялась.
— Высшая жрица, — сидеть и говорить с ней было неправильно, и Рэя встала и отряхнула юбки.
— Ты была с Лордом неделями. Почему я ничего от тебя не слышала?
Она пыталась придумать, что сказать Высшей жрице. Но она не могла предать Уриэля, когда ее мысли были в хаосе. Она не знала, кому доверять.
Женщина, которая вырастила ее, не раскрыла им полную правду. Она врала и что-то скрывала. Рэя хотела знать, что, а не слепо следовать за группой людей, которая считала, что боль была магией.
Но она не знала и Жутей. Смерти и тот мешок из поездки с Уриэлем были подозрительными. И она не доверяла ему.
Она никому не доверяла. Даже Холли.
Рэя глубоко вдохнула и сказала:
— Лорд — колодец магии, я такой источник раньше не видела. И его магия не того цвета, как у нас.
Высшая жрица слушала каждое слово. Может, ей не стоило выдавать это женщине. А если цвет магии означал то, чего Рэя не знала?
Отступать было поздно. Она не могла замолчать, Высшая жрица поймет, что что-то не так. И если она предавала Уриэля, раскрывая это… она потом попросит прощения.
— Его магия белая, — призналась она.
Другие жрицы нахмурились. Она слышала шепот в воздухе. Белая? Не было белой магии. Она была красной или голубой, как небо или кровь. Другой цвет магии не был возможен, у их Жутей так не было.
Лорел пожаловалась первой:
— Высшая жрица, никто не видел такого, и стоит напомнить, что Рэя — ученица. Она могла перепутать его магию с…
— Довольно, — рявкнула Высшая жрица. — Ты уже высказалась сегодня.
Рэя не успела удивиться, что фаворитку поставили на место. Высшая жрица посмотрела на Рэю, огни Собора горели в ее глазах.
— Ты поймешь, что это значит, Рэя. Для всех нас. Если магия Лорда отличается от других Жутей, мне нужно знать. Ты должна получить его магию, чтобы мы поняли. Кровавый камень. За неделю.
— Я не знаю, как сделать из магии кровавый камень.
— Холли тебя научит, — Высшая жрица указала на девушку на земле. — Она лучше всех их делала. Чем больше у тебя таланта, тем лучше. Не спорь.
Рэя не хотела спорить. Она хотела убежать и зарыться головой под подушку.
Почему она ощущала себя так, словно мама была разочарована в ней? Высшая жрица ничего для нее не сделала, даже когда она была маленькой, и все тянули ее за волосы. Она всегда давала Рэе одни оправдания. Боль укрепляла жрицу. Слабость уничтожала.
Она стала любить свои слабости.
Она села рядом с Холли. Рэя заставила себя скрыть эмоции, чтобы никто не знал, о чем она думала. Она не могла успокоить только дрожь ладоней.