И, когда это было сделано, на земле оказался монстр на коленях. Уриэль, которого она теперь узнавала, поднял голову. Красные глаза пылали гневом. Алхимики обвили его шею и пояс цепями.
Рэя подняла руки, копила силы, чтобы перейти к другому скрытому воспоминанию. Но ее перебил вопль:
— Папа!
Она повернулась со слезами на глазах. Мальчик бежал среди толпы алхимиков. Он толкал их, красная слизь их магии пятнала его голые плечи. Светлые волосы на голове сияли в свете луны.
Воспоминание снова замедлилось. Она смотрела, как ребенок бежал к отцу. К Уриэлю.
Алхимик схватил мальчика за длинные золотые кудри. Ребенка оттащили, он рухнул на попу. Он упал так сильно, что крик ударил по ее ушам.
Уриэль рычал в воспоминании. Красное сияние его глаз стало желтым, и он крикнул:
— Отпустите его!
Алхимики не послушались. Их красные мантии скрыли мальчика из виду.
Ее Уриэль нахмурился и шагнул к ней.
— Тогда это случилось, — сказал он. — Теперь я помню. И помню куда больше.
— Чем ты был?
— Нас звали Небесными, — он нахмурился сильнее. — Когда-то мы были божествами.
Она могла поверить в это после того, как видела, как выглядел его истинный облик.
— Зачем они делают это?
Но она знала ответ. Алхимики всегда хотели больше власти. Для этого они послали ее к нему. Они не остановились бы, а свергли самих богов.
И они преуспели.
Сердце билось в горле, она смотрела, как воспоминание таяло вокруг них. Уриэль мотал головой в серости эфира.
— Что-то не сходится, — пробормотал он.
Он не видел ребенка? Рэя хотела закричать ему посмотреть на мальчика, хотя бы упомянуть, что ребенок существовал.
У Уриэля был сын. Он забыл о ребенке, бормотал то, что не имело смысла. Да, смысла не было там, где вмешивались алхимики.
— Уриэль, — она попыталась отвлечь его.
Он не ответил.
— Уриэль! — повторила Рэя громче с гневом в голосе.
Он перестал расхаживать и посмотрел на нее.
— Что?
— Твой сын, — слова сотрясли ее тело, впивались в старую рану, которую она не помнила. — У тебя есть сын.
Пустота в его взгляде смягчилась, став сожалением.
— Да, я видел мальчика до этого в воспоминаниях другого алхимика.
— И ты не узнал, кем он был? — она хотела, чтобы он узнал что-то в ребенке. Она хотела, чтобы он узнал мальчика, чтобы поверить, что ее родители узнают ее, если она пересечется с ними.
Уриэль вздохнул, его плечи опустились.
— Я ничего не помнил, Рэя. Нет, я не знал, что он был моим сыном, но я видел, что с ним случилось.
Она не хотела знать, что алхимики сделали с ребенком солнца и магии.
— Где он? — спросила она, слова сдавили эмоции.
Взгляд Уриэля потемнел. Он махнул рукой, и серость его разума стала другим воспоминанием. Они видели его глазами другого. Воспоминание было мутным, порой она не могла различить картинки.
— Почему я не вижу четко? — спросила она.
— Это не мое воспоминание. Это от другого алхимика, и это старое воспоминание, — Уриэль указал на что-то в тенях. — Он там. Так он выглядит, когда вырос.
Воспоминание стало четче. Рэя увидела мальчика. Он был высоким и сильным, и он был похож на отца, с острыми скулами и четкой линией челюсти. Хуже, она видела в его лице и взгляде нечто знакомое.
Она облизнула губы и указала на мужчину.
— Я его знаю.
Уриэль не смотрел на нее. Он подошел к воспоминанию вплотную. Его глаза потемнели, голос стал ниже.
— Я тоже.
ГЛАВА 28
Рэя вытащила их из воспоминаний Уриэля как можно тише и нежнее. Она не знала, в каком он состоянии был, увидев это. И она знала, что другие воспоминания всплыли в его голове. Не одно воспоминание было за тем барьером.
Она открыла глаза и осталась между его ног, ладони лежали на его бедрах.
Уриэль открыл глаза и посмотрел на нее. Она старалась не смотреть на него с жалостью, потому что он не смотрел на нее так, когда она была слабой.
Вздохнув, она сжала мышцы под пальцами.
— Вот и все.
— Теперь мы знаем.
— Знаем, — она встала, колени скрипели от движений.
Рэя не сдержалась и проверила ладони. Убедилась, что они были все еще юными и гладкими. Может, это было мелочно, но она не хотела снова стать ужасной, какой была целый день.
Обрадовавшись, что ее облик не изменился, она прошла туда, где видела чайник. В нем должны быть травы и вода. Она тряхнула металлический контейнер, услышала плеск. Она подняла ручку, отнесла чайник к огню и повесила над ним.