— Ладно, Жером.
Пуанти притих, даже дышать перестал.
— Я сообщил, что ладно.
Пуанти оживился, задышал глубже, порывисто.
***
— Клара, вы куда?
Мужская ладонь тяжело легла ей на плечо.
Клара старалась её убрать, но Петроний держал сильно.
Не замечая любопытных глаз, смотрящих на неё в коридоре борделя мадам Люсиль, Клара тихо, но решительно дала ответ:
— Петроний, пропустите меня! Я говорю, пропустите меня!
— Нет! Нет, если вы сообщите мне, куда направились.
Клара напряглась до невозможности, что никак не вязалось с отличной солнечной погодой.
Женщина зашипела:
— Это вас не касается! Куда хочу, туда и иду! Не заблуждайтесь, я не ваша собственность!
— Клара…
Голос рассудка подсказал Петронию отступить.
Он поразился её внезапной враждебностью.
Два дня назад Клара простила его за тот случай с сестрой, когда она пришла к ней. Петроний верил в это, когда следующим утром вернулся с цветами и самыми искренними извинениями.
Его встретили с такой любовью и теплотой, что с души упал камень. Правда, вернувшись вечерком, Петроний подметил напряжение, растущее в Кларе. Он ощутил, что следующим днём напряжение растёт. В тот вечер он не сумел прийти к Кларе, но уверовался, что обязан зайти к ней, как только освободится. И наконец-то, прибежав к ней с одной лишь мыслью о нежной встрече, он пересекается с Кларой у выхода из борделя, и она ни в какую не желает объяснить ему, куда собралась.
Петроний внимательно поглядел в её лицо.
Женщина тряслась. Её напряжение, так тревожащее его, достигло своего пика. И было кое-что ещё необычное в Кларе…то, что она надела… Петроний решил любой ценой выяснить причины её странного поведения, стиснул ей руку и заволок в маленькую спальню около главного входа. Закрыв дверь, мужчина потребовал от женщины объяснений.
— Зачем вы надели на себя такое платье?
Клара с вызовом задрала голову.
— Не понимаю, о чём это вы?
Петроний осмотрел ядовито-зелёное платье куртизанки: оттенок, бросающийся в глаза, обтянутый лиф, призивно выделявший все её прелести, и фасон наряда вульгарен. Мужчина переключил взгляд от глубокого декольте на её яркий макияж…почти такой, как у…как у…
— Вы разоделись, как шлюха!
Нарумяненные скулы Клары потемнели.
— Петроний, а чему вы удивляетесь? — Она закинула голову ещё выше. — Я и есть шлюха.
— Вы не шлюха!
Груди её тяжело поднимались, ведь их не прятал глубокий вырез.
Клара заставила себя прикласть видимые усилия, чтобы держать себя в руках, перед тем, как сумела сказать:
— Мне некогда с вами болтать. Прошу, отпустите меня.
— Клара, если что произойдёт, вы обязаны оповестить меня.
— Ничего не произошло.
— Я окажу вам помощь.
— Ничего не произошло!
— Клара…
— Клара! — внезапно раздался за дверью голос.
Оба обернулись к дверному проёму, там стояла хозяйка заведения. Взоры, которыми перекинулись две особы, лишь подтвердили речи Петрония.
Мадам Люсиль проговорила командным тоном:
— Клара, прошу, возвратись к себе в спальню.
— Нет, я обязана…
— Идите к себе! Я улажу дела с мистером Делосом.
— Мадам Люсиль, мне нужно…
— Немедленно ступайте к себе. Я поговорю с вами позднее.
Петроний, ничего не произнеся во время такого диалога, ощутил то мучение, которое тяготило Клару, когда женщина освободила у него свою руку и, ничего не сказав, прошла мимо хозяйки и ушла из помещения через заднюю дверь.
Наступила тишина. Мадам Люсиль приблизилась к Петронию ближе.
Возбуждение его было настолько видно, что мадам проговорила:
— У Клары имеются личные мотивы переживать, потому она не соображает, что произносит. Вопреки моему совету, она затеяла одно дело, которое никому не принесёт пользы. Я рада, что Клара меня послушала. — Мадам Люсиль перевела дыхание. — Тем не менее мне грустно видеть, что она опечалила вас…наверное, даже ошеломила либо оскорбила. Это не прощаемо. Господин, по уставу моего заведения не разрешается, чтобы с влиятельными клиентами обходились так, без гостеприимства. Если пройдёте ко мне в кабинет, я возвращу ту сумму, которую вы внесли вперёд за услуги Клары. С сего дня можете считать, что наш контракт рассторгнут и вы свободны.
Речи хозяйки заведения были внезапны для Петрония, что мужчина застыл:
— Вы предлогаете мне рассторгнуть контракт с Кларой… Это приказ?
— Нет.
Мужчина выдохнул свободно, с облегчением сказал: